— Где-то здесь должна быть Башня Ужаса, наверно, это как-то связано с ней!
— В таком случае она, скорее всего, вон за той рощей! — прокричал Бертран, закрывая лицо одной рукой и указывая другой на группу кипарисов.
Стоило, однако, отряду попытаться двинуться к роще, как летавшие над головами птицы обрушились на них словно ураган. Теперь это были настоящие убийцы, их клювы заметно удлинились, а острые когти оставляли царапины даже на стальных накладках. О том, чтобы как-то обороняться, не могло быть и речи, пришлось нестись во всю прыть, чтобы укрыться в роще.
Под деревья птицы не сунулись, видимо, это была уже не их зона ответственности.
Снова превратившись в безобидные создания, они вернулись на деревья и запели, а Каспар и его друзья отдышались и стали считать раны.
Как оказалось, все получили довольно много глубоких царапин и порезов. Углук выглядел так, будто пронесся на лошади через кусты терновника — бедняге, как самому высокому, досталось больше всех. Пришлось обратиться за помощью к котомке мессира Маноло. Когда раны затянулись, путники прошли сквозь рощу и увидели Башню.
Она стояла посреди большого круга черной выжженной земли, ее контуры казались какими-то расплывчатыми.
— Мне кажется, я слышу гудение, — сказал Бертран, в задумчивости проводя рукой по затянувшимся порезам.
— Я тоже его слышу! — признался Фундинул. — Такая высокая нота, как будто крутится жестяной волчок."
"— Какой волчок? — не понял Углук.
— Игрушка такая детская, — пояснил Каспар. — Ну что, идем к Башне?
— Страшновато, — признался гном.
— А ты можешь вернуться к птичкам, — посоветовал ему Углук и двинулся следом за Каспаром.
Издалека Башня казалась белой, но по мере приближения к ней темнела, как будто создавая вокруг себя пелену тени.
— А где вход? — спросил Углук, когда до Башни осталось ярдов тридцать. — Как мы попадем внутрь?
— Ни входа, ни окон, ни бойниц, — подвел итог Каспар после беглого осмотра. — Мы обязательно что-то придумаем, но не сегодня. Ведь уже вечер, не так ли?
Все стали озираться, возле Башни напрочь исчезло чувство времени — никто не мог вспомнить, день сейчас или утро. Было светло, но солнце пряталось за какой-то молочной пеленой.
Сложив седельные сумки в кучу, бойцы отряда стали обследовать стены Башни.
Вблизи громадное сооружение выглядело менее плотным, напоминая застывший столб дыма. Фундинул прикоснулся к стене и тут же отдернул руку.
— Ух ты, жжется! — пожаловался он.
— Да она еще и вращается! — заметил Бертран.
Приглядевшись, Каспар понял, что граф не ошибся. Башня действительно вращалась, но так быстро, что это трудно было уловить.
— Хорошо, узнали мы достаточно, пора уходить, — сказал он.
— И что, снова идти к этим птичкам-убийцам? — недовольно проговорил Фундинул.