– Да кто же это?
В паре сотне шагов от ворот – на дороге, стояли двое гвардейских лейтенантов. Увидев их, сержант поник головой и, не прощаясь, вернулся за ворота.
– Мама, вон они! – указала девочка. – Я боюсь, они меня опять туда кинут!
– Не бойся. – Генриетта прижала девочку к себе. – Не бойся, никто тебя не кинет.
– Нежели они отца не боятся? Зачем они это сделали? – глядя на стоявших на дороге гвардейцев, с некоторым удивлением произнес Хуберт.
– Может, они не знают его или надеются, что он не вернется, – предположила Генриетта, думая о том, как ей теперь поступить, чтобы спасти детей. Она уже не сомневалась, что все подстроил де Кримон, желая заполучить ее во что бы то ни стало, и теперь ей следовало принять решение – или позор, или жизнь детей.
– Давай пожалуемся герцогу!
– Наше слово против их слов? Нет, не получится. – Генриетта вздохнула. – Пойдемте обедать, на сытое брюхо все не так страшно.
Под внимательными взглядами притихших на стене часовых заложники герцога прошли по просторному двору и уже собрались подняться по ступеням, когда навстречу им вышел де Кримон.
– Что случилось, моя дорогая, я слышал крик? – спросил он с притворным участием.
– Моя дочь едва не сорвалась в ров, ваше сиятельство.
– О, какая неприятность!
Граф потянулся погладить Еву по голове, но та испуганно попятилась.
– Идите обедать, дети, я догоню вас, – сказала Генриетта, подталкивая Хуберта. Взяв сестру за руку, он ушел.
– Хороший мальчик, – сказал граф. – Он очень увлекается лошадьми, а они, случается, могут лягнуть или сбросить из седла и тогда…
– Я поняла, ваша светлость, – сказала Генриетта.
– Вот как? – Граф улыбнулся и, посмотрев по сторонам, шагнул ближе. – Это значит, ты мне уступишь?
– Да, ваше сиятельство, жизнь детей для меня дороже, – ледяным тоном произнесла Генриетта, глядя мимо де Кримона.
– Тогда… прямо сейчас? Здесь есть чулан… – Граф взял Генриетту за локоть.
– Нет, ваше сиятельство, теперь я должна пойти к Детям.
– Но когда же? Когда?
– Вечером, но с одним условием…
– Каким еще условием? Ты не можешь ставить мне условия!
– Это несложное условие.
– Говори.
– Вы должны принести мне пучок лозы.
– Пучок лозы? Где я ее возьму?
– Она растет вдоль дороги в ста шагах от ворот.
– Ну хорошо, – пожал плечами де Кримон. Он не понимал, к чему условности, если эта простолюдинка уже сдалась. – Я пошлю кого-нибудь…
– Нет, – возразила Генриетта. – Лоза должна быть срезана лично вами.
– И тогда ты будешь нежна со своим повелителем?
Глаза графа маслянисто заблестели.
– Конечно, ваше сиятельства, я буду с вами нежна. Но сначала – лоза!
– Вот выдумщица… Выдумщица. Ладно, иду за лозой, но чтобы после четвертого караула ждала меня.