Лакоб прижался к стене, а Каспар ударом рукояти меча переправил нападавшего дальше по коридору, стражник с грохотом рухнул на пол.
Еще десяток шагов и – лестница. Увидев пятерых стражников, Лакоб отпрянул.
– За спину становись! – приказал Каспар и, едва Лакоб посторонился, первым атаковал поднимающихся стражников.
– Получите, господа! Получите!
Отбрасывая алебарды, Каспар по мере сил бил нападавших то рукоятью кинжала, то мечом плашмя. Пускать в ход клинки здесь было небезопасно, если бы кровь попала на пол, стало бы слишком скользко.
Разбив лица троим, Каспар лягнул четвертого и локтем сбил пятого.
– Ой, срам-то какой! – закричала сверху все та же работница, выглядывая из-за перил.
Каспар сбежал на первый этаж, за ним, звеня собранной в узел амуницией, следовал Лакоб.
– Туда, ваша милость, за угол! – крикнул он.
– Стойте, преступники! – закричал стражник в офицерском мундире. Каспар и Лакоб остановились, капитан подбежал ближе и удивленно поднял брови:
– А почему голый?
– Ой, срам-то какой! – завопила работница, теперь с лестничного пролета.
Капитан атаковал первым, Каспар отбил удар кинжалом – махать мечом не было сил. Офицер сделал еще один выпад, потом попытался подсечь босого противника, но, даже ослабленный болезнью, Каспар легко отбивал атаки капитана, ведь тот вследствие беспробудного пьянства тоже был не в форме.
Из ближайшей двери вышел какой-то постоялец в дорогом дорожном платье.
– Что здесь происходит? – удивился он и в следующее мгновение был сбит промчавшимися ворами – Свинчаткой и Красавчиком. Сломав дверь и свалив ни в чем не повинного постояльца, они помчались дальше. За ними гнались трое стражников, они едва не затоптали своего капитана, а Каспар и Лакоб, воспользовавшись свалкой, свернули за угол – в узкий коридорчик, что вел на задний двор.
Здесь их никто не задержал, и они выскочили на мощенный булыжником двор.
– Ой, мужчина голый – срам-то какой! – раздался над их головами знакомый голос. Работница по пояс высунулась из окна и, распахнув глаза во всю ширь, старалась не пропустить ни одной подробности. – Срам-то какой!
– Лакоб, дай ей в морду! – в ярости прокричал Каспар и встретил набегавшего стражника кулаком в лицо.
– Так она на втором этаже, ваша милость, кулаком не дотянуться!.. – оправдывался Лакоб. – Вот разве что камнем…
Бросив узел на запряженную ломовой лошадкой телегу, Лакоб подобрал обломок подковы и швырнул в назойливую бабу. В саму виновницу он не попал, но расшиб стекло и крепко напугал крикливую.
– Конюх, где конюх?! Лошадь выводи! – кричал Каспар. Он решил ехать верхом, ведь телега была слишком тихоходна. Из-за угла выбежал перепуганный босой конюх, таща на поводу лошадь Каспара – тот узнал ее по седельной сумке с торчавшим из нее луком.