– Проводи меня к рембуржцу.
– Это который у Озолса, ваша милость? – уточнил тот, поклонившись.
– Конечно, дубина, у нас что, другие рембуржцы имеются? Пошевеливайся, мне некогда… – На крыльце Иппон резко повернулся и, обращаясь ко всем сразу, приказал: – Достаньте мне свежую лошадь, и поскорее! Я сегодня зол, и всякий, кто сделает что-то не так, будет наказан!
Через несколько минут дорф Иппон оказался в тупике Озолса. Услышав торопливые шаги и звон шпор, тот понял, что идут гости, и вышел навстречу.
– Доброго вам утра, ваша милость, – произнес Озолс на ярити.
– Здравствуй, великан. Твой подопечный в порядке?
– Еще недавно кушал завтрак, ваша милость. Извольте подойти посмотреть в щелочку.
Иппон изволил. Он тихо подкрался к указанному тюремщиком месту и припал к оставленному в стыке камней отверстию.
Фрай сидел на топчане без сапог и медленно жевал выданный хлеб. Не похоже было, что он готовился смерти.
– Ты не говорил ему, что Урмас покалечился?
– Нет, – соврал Озолс.
– Значит, нервы у него крепкие. Ну-ка открой, я с ним поговорить хочу.
Пока Озолс возился с запорами, Иппон нервно прохаживался по коридору.
– Извольте, ваша милость.
Иппон стремительно вошел в камеру, пленник встретил его удивленным взглядом, отставил кувшин с водой и поднялся.
– Здравия желаю, ваша милость, не ожидал вас тут увидеть.
– Да узнал вот, что палач наш захворал, и привез тебе нового…
Каспар вздохнул, он уже заметил, что лицо Иппона красно и потно, наверняка от гонки, что его мундир запылен, а перчатки грязны. Не затем этот человек мчался сюда, загоняя лошадей, чтобы подвезти нового палача до восхода солнца. Видимо, в планах Иппона что-то изменилось.
– Так мне собираться, ваша милость? – смиренно спросил Каспар.
Иппон выдержал паузу, надеясь помучить узника, но тот был спокоен.
– Нет, Фрай, пока отдыхай. Я еду к колдуну, чтобы получить эту твою Золотую Латку, и тогда тебе придется рассказать, что именно ты замысливал, желая извести нашего драгоценного конвендора. И попробуй мне соврать, твои кости буду трещать так, что орки на берегу зажмурятся!
Последнюю фразу Иппон почти выкрикнул и, развернувшись, выскочил в коридор. Пришедший с ним охранник поспешил следом. Озолс только пожал плечами.
«Орки на берегу зажмурятся, – мысленно повторил Каспар. – Неужели там так много этих орков?»
Он представил себе жмурящегося Углука.
«Если бы моя бывшая команда была здесь, я бы ушел из этих душных стен навсегда!»
Глава 87
Всю ночь шел снег, под утро облака разошлись – их разогнал пришедший с севера ветер. Снег прекратился, показалось солнце, но за него пришлось заплатить морозцем, что хватал работников за носы и уши, когда они брели после завтрака на стапеля.