Сапоги на завтра какие наденете?
– Эти, они растоптанные, а мне долгая беготня предстоит… Эх!
Каспар завернулся в халат, прихватил пояс с мечом и, следуя за лакеями, отправился в ванную.
Увиденное поразило его. Четыре яркие настенные лампы и бронзовая люстра давали достаточно света, чтобы видеть, как на отполированных до блеска гранитных полках играют блики, как ветвится узор в глубине желтоватого мрамора, что покрывает стены.
Сама ванна была персикового цвета, отлитая из дорогой фаянсовой глины и покрытая прозрачной «стеклянной» эмалью.
– У меня дома тоже есть ванна, но не такая красивая, - признался Каспар и тут же вспомнил, что и дома-то у него уже нет.
«В новом доме, если таковой у меня еще будет, я велю построить для себя такую же ванную. И Хуберту, и Еве, и Генриетте», - подумал Каспар и отдал халат, прежде чем опуститься в нагретую воду.
– Позвольте, ваше превосходительство, - шагнул вперед другой лакей с какой-то склянкой в руках.
– Ты с чем это? - спросил Каспар, садясь в ванне.
– Не мочите свою рану, я прежде смажу ее бальзамом.
– Хорошая мазь? - уточнил Каспар.
– Аптекари поставляют ее ко двору уже лет пятьдесят, ваше превосходительство. Ею пользуют господ дворян и королевских особ перед каждым мытьем.
– А-а, ну тогда давай - врачуй.
Лакей стал осторожно смазывать почти затянувшийся порез, оставшийся после ночного нападения. Сначала мазь немного холодила, потом стала покалывать и разогревать кожу.
– Ну как, ваше превосходительство? - поинтересовался лакей.
– Хорошо, давай уж и рубцы смажь, их у меня тоже хватает.
Лакей стал смазывать шрамы Каспара, а его напарник принялся распаривать в кипятке губку.
– А ты из солдат будешь, откуда столько про лечение знаешь?
– Не из солдат я, ваше превосходительство, всю жизнь здесь служу, а про раны знаю из-за господ дворян. Они всегда изувеченные ходят, то от дуэлей, то от охоты или баталий каких.
39
Спать Каспара положили на широкой кровати с перинами, под балдахином с занавесями.
– Разбудите меня часиков в пять! - приказал он напоследок лакеям.
– Обязательно, ваше превосходительство. Спокойной ночи.
Непривычный к такой постели, Каспар снова зажег лампу, обследовал спальню и недолго думая скинул перины на пол между шкафом и комодом. Любой вошедший не сразу увидел бы, где спит гость, а уж в темноте и подавно.
Поставив к двери пару стульев, чтобы загремели, если кто-то ее толкнет, Каспар улегся и благополучно уснул.
Ночь прошла спокойно. В отличие от его дома в Ливене, где под окнами громыхали телеги и эхо от стука копыт до бесконечности множилось между стенами домов, сон во дворце напоминал погружение в вату. Нечто похожее Каспар испытывал в тюрьме Тарду, откуда его вызволяли королева, генерал Мараншон и старые друзья.