Однако тот не спешил: расстелил на песке чистую рогожку, затем положил сверху кусок мягкой замши и, развязав на кошельке шнурок, высыпал на замшу целую кучу свежеотчеканенных серебряных монет.
– О-о-о! - снова поразились собравшиеся, а Франц небрежно взял из кучи серебра одну монетку и подал рыбаку, приняв от него стеклянный шарик, с подчеркнутым вниманием положил его в другой расшитый бисером мешочек и убрал в карман.
Потом ссыпал серебро обратно в кошель, свернул и убрал замшу, после нее рогожку. Собравшиеся следили за ним затаив дыхание, все в этих гостях и их странных обычаях казалось им удивительным.
– Это что же, господин хороший, вы за каждую эту пирью серебро давать станете? - спросил уважаемый в этих краях перекупщик рыбы.
– Конечно, если это наша пиррио, - согласился сенатор. Его и самого начала забавлять эта игра.
– Значит, если я сторгую у вас шариков, вы потом мне их на серебро поменяете?
– Разумеется. Что продавать хотите?
– Ну рыба у вас есть. Давай на рилли пять бочонков тюленьего жира, а?
– Не пойдет, - покачал головой сенатор и вздохнул. - Мы за серебро не торгуем. Только за пиррио.
– А-а, правильно! - кивнул перекупщик. - Давай за пирью пять бочонков.
– Идет, мы покупаем.
– Ага, я сейчас! - Перекупщик обернулся, привстал на носочках и крикнул:
– Имант! И-има-ант! Давай сюда пять бочонков! Скорее!
Вскоре, расталкивая собравшихся, в центр круга протиснулись грузчики перекупщика. Пропахшие прогорклым жиром и рыбьей чешуей, они принесли бочонки с тюленьим жиром, который использовался в качестве топлива для фонарей и в сапожном деле.
– Все по счету, - кивнул советник, когда бочонков оказалось пять. - Получи плату…
С этими словами он передал перекупщику еще один стеклянный шарик.
На этот раз обратный обмен состоялся не сразу, перекупщик был человеком в себе уверенным, не боящимся рискнуть и потерять один рилли. Получив шарик, он громко рассмеялся и, покинув круг, пошел прочь, всем своим видом показывая, что возвращаться не собирается, но затем все же повернул обратно, что вызвало у зрителей вздох облегчения - значит, человек в своем уме.
И снова была разыграна сцена обмена стеклянного шарика на серебро, а уже участвовавший в подобном обмене рыбак, не удержавшись, воскликнул:
– Отдали! Отдали серебро, сожри меня огры!
– Ну-ка, разойдись! - приказал низкорослый и широкий в плечах торговец китовым усом. Он славился своей силой и упорством в денежных делах.
– Рилли - туда, рилли - сюда! Все мелочь! А ты мне дай стекляшек на целый дукат!
С этими словами торговец протянул золотую монету сенатору, и тот, не задумываясь, отсчитал ему положенные шарики.
– И что мне с ними теперь делать? - несколько сконфуженно спросил торговец китовым усом, перебирая шарики на ладони.