Теперь его противником был другой широкоплечий фаворит графини. Пожалуй, он выглядел даже внушительнее, чем его предшественник.
Адмирал взмахнул мечом, и противники понеслись навстречу друг другу. На этот раз Бертран держался классической посадки. Всадники сшиблись, «красный» рыцарь удержался в седле, лишь выронив пику.
Бертран потерял щит и покачивался в седле, как будто получил травму."
"Трибуны ревели, ожидая, что вот-вот чужеземец свалится и его победное шествие будет остановлено, однако Бертран удержался и вернулся с победой, поскольку при прочих равных условиях проигравшим считался тот, кто выронил оружие.
Когда ослабевший Бертран доехал до лагеря, там царила если не паника, то большое беспокойство. Впрочем, своих друзей граф фон Марингер успокоил. С помощью Фрая он спустился на землю.
– Это была игра, – признался он. – Я нарочно не стал сбивать этого рыцаря, лишь вышиб у него пику. Этим я показал, что я не такой уж непобедимый, к тому же теперь еще и ранен.
– Да ты хитер, – улыбнулся Фрай.
– Я никогда бы не пошел на подобный фокус, но они нечестно играют, так что мы должны позаботиться о себе сами.
Демонстративно прихрамывая, Бертран присел на подставленный стул и начал делать глубокие вдохи, чтобы следивший за ним шпион доложил, как плохо он себя чувствует.
В следующей паре Бриан фон Ларгер буквально размазал своего противника. Пика, щит, шлем и даже перчатки разлетелись по сторонам, когда несчастный вылетел из седла от страшного и точного удара. После падения он был еще жив, однако в лучшем случае ему предстояло пролежать в постели не один месяц.
95
Финальный турнир готовился дольше других. В красном шатре желали иметь все сведения о состоянии Бертрана.
Между тем толпа шумела и требовал продолжения праздника.
Наконец в красном шатре узнали, что чужак ранен, и под звук фанфар барон фон Ларгер без опаски выехал на исходный рубеж.
Публика выкрикивала его имя стоя.
Бертран занял место напротив своего противника, и его тоже стали приветствовать, поскольку еще никогда заезжие рыцари не поднимались в турнирах так высоко.
Адмирал поднял меч, выдержал паузу и взмахнул им. Зрители затаили дыхание, было слышно, как лошади молотят копытами землю, разгоняя всадников для решающего боя.
Противники сшиблись, однако ни одни не упал, и под дружное «ах!» всех трибун проскакали до конца дистанции. Там, согласно правилам, они развернулись и снова помчались навстречу друг другу, перебросив пики на неудобную левую сторону.
Впрочем, и один и другой сделали это без каких-либо трудностей.
Последовал новый удар, Бертран снова пожертвовал щитом, чтобы вторым концом пики ударить противника в плечо.