– С меня сняли обвинения в убийстве. Появился неизвестный прежде свидетель, который видел, что стрелу выпустил не я, а другой. Теперь за мной не будут охотиться, как за зверем, и все кланы оповещены о моей невиновности.
– И ты, конечно, не поплывешь а Ливен, чтобы получить свое золото…
– Я хотел бы уйти немедленно.
– Хорошо. Тогда и твои деньги я положу в банк. Ты сможешь забрать их, когда появишься в городе.
– Да, Каспар. Спасибо тебе. Ты помог мне найти занятие и положил высокое жалованье. Это было очень кстати, ведь чтобы жить на чужбине, нужны деньги. Люди, орки и гномы не самая лучшая компания для эльфа, однако с вами мне было лучше, чем в одиночестве на том чердаке… Я лучше узнал людей и теперь думаю о них иначе."
"– Немного лучше? – улыбнулся Каспар, доставая из кошеля четыре золотых.
– Немного лучше, – серьезно ответил Аркуэнон.
– Ну тогда хватай свои вещи, вот тебе золото на дорогу, и прощай.
– Конечно, но сначала мы поможем вам отплыть.
Аркуэнон что-то крикнул своим сородичам, те спустились к воде, и впятером эльфы помогли Каспару, Бертрану и мессиру Маноло развернуть и оттолкнуть плот от берега.
122
Река буйствовала до самого заката, то убыстряя, то замедляя свое течение, наталкиваясь на подводные камни, однако ловушек со скалами больше не встретилось. И хотя плот мчался, как резвый жеребец, и все его пассажиры были мокрыми от брызг, ничего более опасного с ними не происходило.
К вечеру река вышла на равнину и сразу усмирила свой норов. А ночью от волнения никто не спал. Только разговаривали, стараясь держаться приятных тем.
Мессир Маноло вспоминал о днях своей юности, Бертран рассказывал о том, как торжественно у фон Марингеров обставлялись турниры, а Фрай только слушал и вспоминал о Генриетте. Как она там? Ждет ли его и подсказывает ли ей сердце, что он скоро вернется?
В свете утренней зари перед путешественниками возник из туманной дымки город Ливен. Со старой крепостной стеной, со зданиями ратуши и полуразрушенными башнями на холмах вокруг города, которыми в древние времена пользовались маги.
– Ну вот мы и дома, – произнес мессир Маноло.
– Да уж, – согласился Каспар.
В прежние времена город часто казался ему мрачным, неприветливым и грязным, но теперь выглядел родным.
На груди завибрировал, напомнив о себе, золотой единорог. Иногда талисман беспокоил Фрая во время плавания, однако ничего страшного при этом не происходило, и он привык.
На самом деле вибрация талисмана говорила о том, что это мессир Дюран или его конкурент – мессир Кромб пускали в ход все свои магические силы, просеивая время и пространство, чтобы узнать, где находится Фрай. Однако им и в голову не пришло поискать на реке.