Катарсис. Том 1 — читать онлайн бесплатно полностью

Не замечая сочувственного взгляда дядьки, полковник с неким внутренним трепетом вошел в спальню и споткнулся, увидев на этажерке с книгами, которые он собирал в детстве, фотографию: он и Наталья, обнявшись, стоят под яблоней. Этой фотографии было ровно пять лет.

— Ну, ладно, ты давай устраивайся, — прогудел сзади Осип, — а я пойду дела доделывать. Ужинать будем через полчаса. Потом в баню. Я как знал, что ты приедешь, с утра истопил. Или ты сначала желаешь в баню, а потом ужинать?

— Сначала в баню, — обрадовался Крутов. — Жаль, пива захватить не догадался. Чего улыбаешься? Или и пиво у тебя в холодильнике припрятано?

— А то! — ухмыльнулся дядька, удаляясь на кухню. — Местное, конечно, «Дебрянское» называется, но очень вкусное. Кстати, и сиводер имеется, если вдруг захочешь опохмелиться.

Крутов улыбнулся. Сиводером местные мужики называли самогон, причем по многим параметрам он был качественнее государственной водки. Но Егор спиртное такого свирепого градуса не пользовал, позволял себе лишь пиво да легкое вино.

— Надысь встрел твоего дружка, Мстислава Калиныча, — продолжал Осип, возясь у печки. — Ничуть не изменился человек, только важным стал, осанистым.

Крутов, стягивая с себя рубашку, вышел из спальни с удивленным видом.

— Учитель был в Ковалях?!

— В Жуковке, я туда по делам ездил, за семенами. Сидел он в автомобиле навроде твоего, с какими-то важными такими господами в костюмах и при галстуках. Меня увидел, но сделал вид, что не узнал. Ну, и я, понятное дело, не стал подходить.

— Ты точно его видел?

— Обижаешь, генерал, — укоризненно проговорил дядя, выглядывая из-за печки. — Глаз у меня еще зоркий, комара за версту видит.

— Странно… — Крутов переоделся в спортивный костюм. — Что Мстиславу делать в Жуковке? Он же в столицу подался…

Мстислав Калинович Джехангир был первым учителем Егора по рукопашному бою — в те времена это называлось «карате» — и смог дать юному Крутову главное — волю к победе и умение добиваться поставленной цели. Технику реального боя Крутов изучал уже под руководством инструкторов комитета.

— Надолго-то в наши края? — снова выглянул в горницу Осип. — Или снова на два-три дня?

— Насовсем, — вздохнул Крутов.

Дядька высунулся в изумлении — руки в муке, уставился на племянника.

— Али выгнали со службы?

— Уволили, Демьяныч. — Крутов подумал и, вспомнив местный термин, добавил: — За огурство[10].

От расспросов его спасло появление супруги Осипа, бабки Аксиньи, дородной и неспешной женщины, ходившей, сколько помнил себя Крутов, в одном и том же наряде: понева со множеством сборок и убрус — платок, расшитый узорами, расписанный золотом и жемчугом. И выглядела она всю жизнь одинаково доброй, с кротким ласковым лицом, которое не брали невзгоды и старость.