Второй, белобрысый, с широким рябоватым лицом, мощной фигурой и руками-кувалдами, продолжал сидеть.
— Фамилия? — бросил Панкрат Зинчуку.
Тот нахмурился, еле заметно качнул головой.
— Твердохлеб, встань.
— А чо, обязательно? — с ленивым превосходством произнес белобрысый атлет. — Мы тут все майоры да полковники.
— Пошел вон! — так же негромко лязгнул голосом Панкрат. — Ты отчислен.
— Чо?! — вылупился рябой Твердохлеб. — Я?! Да ты знаешь, кого выгоняешь?!
Панкрат шагнул к нему, глянул в белеющие глаза, дрогнул ноздрями.
— Встать!
Атлет встал.
— Вон!
Твердохлеб растерянно посмотрел на своих зачарованных происходящим коллег, на молчавшего с невозмутимым видом Зинчука, наткнулся на темный взгляд Воробьева и вздрогнул. Попятился к двери.
— Ну, ребя, дождались командира!..
Никто ему не ответил. Белобрысый гигант потоптался еще немного и вышел, подарив Панкрату изумленно-недоверчиво-ненавидящий взгляд. Уже в коридоре он сплюнул и грубо выругался.
— Твердохлеб — единственный снайпер в группе, — сказал Зинчук безразличным тоном.
— Плевать, — ответил Панкрат. — Я его заменю на время. — Оглядел притихших бойцов группы. — Или вы команда и подчиняетесь командиру по законам военного времени, или вы сброд, кучка «суперменов», возомнивших, что им все позволено. Такие гибнут в первую очередь.
— Но мы и не пацаны-первогодки, — проворчал добродушного вида толстяк с заметной, несмотря на молодость, лысиной. — Прошли огни и воды. А это не казарма…
Панкрат внимательно посмотрел на него.
— Может быть, не казарма, но и не бордель. Неподчинения не потерплю! Всем ясно? Кому не нравится — можете идти на все четыре стороны. Я привык опираться на мгновенно реагирующих и надежных бойцов, которым можно доверить спину. Как фамилия?
— Прошин, Алексей.
— Где служил?
— Я работал на танковом полигоне, подрывник.
— Понятно. Следующий?
Бойцы группы по очереди назвали свои фамилии и специализацию. Четверо из них служили в воздушно-десантных войсках и воевали в Чечне, еще трое недавно работали инструкторами по рукопашному бою в системе МВД, один был уволен из рядов антитеррористического подразделения Московского СОБРа после ранения, но, по его словам, был годен без ограничений. Парень командовал взводом, имел звание капитана и Панкрату понравился. Звали его Лев Копытов."
"— А вы где работали, товарищ полковник? — спросил он.
За Панкрата ответил Зинчук:
— Панкрат Кондратович Воробьев — бывший майор спецподразделения Службы внешней разведки. Работал в Абхазии, Чечне и Таджикистане.
Среди бойцов «Боевого кулака» прошло шевеление, на парней послужной список и принадлежность командира к «крутой» конторе произвели впечатление.