Усевшись обратно в кресло, Панкрат выпил минералки и вспомнил случай, о котором упоминала Мария (от кого она узнала об этом, черт побери?!)."
"В девяносто пятом году отряд Воробьева вернулся в Грозный после выполнения рейда в горы и остановился в административном корпусе консервного завода, где расположилась одна из российских комендатур. Тут же выяснилось, что комендатуру каждый день обстреливает чеченский снайпер.
— Прямо житья не дает, бандит! Помоги, майор! — взмолился комендант-грузин. — Я твоим рэксам лично шашлык приготовлю, только убери снайпера!
Дело было, конечно, не в шашлыке, а в профессиональной чести, и Панкрат согласился.
«Комендачи», естественно, пытались что-то сделать, регулярно проводили рейды в направлении, откуда стрелял снайпер, — за реку, находили лежки, устраивали ловушки, подкладывая гранаты с выдернутой чекой, но все их усилия были тщетными. Снайпер возвращался, обезвреживал гранаты и снова стрелял, доведя счет потерь среди «комендачей» до шести убитых и десяти раненых.
Однако то, что «комендачи» считали препятствием, то есть реку, разделяющую комендатуру и снайперскую позицию, можно было превратить в союзника, что Панкрат и сделал.
Снайпер начал охоту в тот же день, к вечеру, словно решил продемонстрировать свое бесстрашие и неуязвимость. Комендантский взвод оседлал бронетранспортер, помчался на ту сторону реки, но, пока объезжал развалины, пересекал мост, снайпер скрылся. После этого и началась работа рэксов Воробьева. Они прочесали местность, вычислили наиболее вероятные позиции снайпера и установили два хитроумных устройства направленного взрыва, срабатывающие от радиовзрывателя, таким образом, чтобы взрывные веера перекрывали эти позиции.
Вечер и ночь прошли спокойно, а рано утром, как только снайпер начал «куковать», раздались два мощных взрыва. Больше в этих местах снайперы не появлялись…
Кто-то вошел в номер.
Панкрат очнулся от воспоминаний, привычно нащупал рукоять «макарова» справа на бедре под рубашкой и ремнем брюк. В гостиную шагнул помощник Мережковского капитан Зинчук.
— Доброе утро, полковник. Как настроение?
— Бодрое, — угрюмо отозвался Панкрат, «не видя» протянутую руку. — По делу или как?
— По делу, — остался спокойным Зинчук. — Хотел довести до вас план работы вашей группы.
— Разве это не прерогатива командира базы?
— Он ведает обеспечением, я же координатор операций. Вас это как-то задевает?
— Давайте свой план. — Панкрат снова сел в кресло.
Зинчук внимательно посмотрел на него, решая что-то в уме, устроился на диване, где недавно сидела Мария.