«Рафик» он оставил на Кольцевой автодороге, присмотрел себе пятитонный самосвал возле дорожного ресторана, на неохраняемой стоянке, открыл дверцу кабины и спокойно вывел грузовик на трассу, воспользовавшись специальными навыками диверсанта, освоенными им за много лет службы. Через четыре часа он был в Осташкове, где Лида с рыданием поведала ему о том, что дети исчезли.
— Когда? — спросил он, обнимая жену, испытывая жуткое чувство холодной ненависти.
— Я только что из милиции… позвонили из школы и из садика… Антона и Настю забрала какая-то женщина, сказав, что она родственница… сижу теперь и жду…
— Где охранники?
— Утром куда-то исчезли.
Они сделали это, пока я ехал, подумал Панкрат как о чем-то обыденном. Мережковский очнулся и дал команду похитить детей, чтобы я не рыпался. Где их теперь искать?
— Успокойся, — сказал он деревянными губами, поглаживая Лиду по спине. — Мы их найдем. Посиди дома, я съезжу в школу и в сад, выясню, как выглядела женщина.
— Я с тобой.
В дверь дома кто-то постучал.
Панкрат резко отстранил жену, шепнул:
— Спрячься в спальне.
Лида безмолвно направилась в спальню, и в это время снаружи раздался чей-то знакомый голос:
— Эй, хозяин, открывай, принимай гостей.
Панкрат открыл дверь и с облегчением увидел улыбающиеся лица Ираклия Федотова и Егора Крутова.
МОСКВАДЖЕХАНГИР"
"Очередные попытки «тающих» ликвидировать свидетелей в Алтайском крае и Ветлуге провалились. Но не череда неудач ликвидаторов заставила Джехангира задуматься о странности происходящего и даже не таинственное похищение Дмитрия Лысцова, командира ЛООС, а поведение Умара Тимергалина. Психотерапевт и экстрасенс все реже звонил и все чаще отказывался от встреч под разными предлогами, а также практически перестал консультировать Джехангира, помогать в решении возникающих проблем. Советы же его сводились теперь в основном к одному: лучший выход из создавшегося положения — отставка, уход из Легиона, обрыв всех связей с РВС. Это забавляло и одновременно злило Мстислава Калиновича, пока он наконец не прислушался к голосу собственной осторожности и не пришел к выводу, что Тимергалин ведет себя так неспроста. То ли он решил вообще порвать с кругом людей, входящих в систему Реввоенсовета, то ли в самом деле увидел опасность, угрожающую РВС в будущем. В таком случае следовало поговорить с ним по душам и выяснить причины его нежелания общаться с тем, кого он спас от неминуемой смерти в Жуковских лесах.
Однако Тимергалин и на этот раз отказался приехать к Джехангиру, сославшись на занятость.
— Умар, в чем дело? — вспылил Джехангир, прижимая к уху трубку мобильного телефона. — Что случилось? Ты заболел? Мы не встречались месяц, и у тебя снова не находится для меня двух часов.