В академии магии Катастрофа кипит напряжение: один парень обнажен у окна, другой в яркой бикини-платьице смотрит на портрет великих ведьм. Ванная раздаёт звуки испуганных криков и ледяного душа — знак того, что за следами неудачной студентки наверняка прячется опасность....
Твой магический резерв вообще ни с чем не сравним, даже с моим.
Грей усмехнулся, как будто в его словах был какой-то тайный смысл. Хотя я и явного-то не уловила.
Может, головой ударился? О чем он?
Вдруг Грей шагнул вперед и взял мое лицо в руки. Прикосновение было нежным, на его губах появилась улыбка, неожиданно теплая.
— Ты невероятная, Гринс, понимаешь вообще, насколько? Почему ты этого не видишь? Сколько можно себя принижать? Ты сильная, ты умная настолько, что я не понимаю, что ты делаешь на факультете, где учат вытирать пыль.
Сердце глупо заколотилось, как у какой-нибудь Моники, Ришь, Виктории и прочих. Вот ведь гад! Умеет же… вот умеет!
— Грей…"
"— Ты стала уникальной не после того, как несколько лет назад получила магию. Ты всегда была такой, Гринс, — откликнулся Грей, отворачиваясь и направляясь вперед по коридору.
Мое сердце пропустило удар.
Получила магию? Что он имеет в виду? Все знают, что с магией можно только родится или…
— Грей! — крикнула я ему вслед. — Грей! Дракона кусок, я тебя по стенке размажу, ты знаешь, я смогу! Что ты имел в виду? То есть как — получила? Что значит ""уникальная""?Ты что-то знаешь?
Он ухмыльнулся уголком губы и остановился, уставившись на меня.
— Куда ты дела мой перстень, малышка-катастрофа? М? Думала, я тебя не узнаю? А мне-то казалось, почему твое лицо кажется таким знакомым…
Грей потянулся, чтобы провести пальцем по моей щеке, и я отпрянула. Сердце подпрыгнуло куда-то к горлу, а потом рухнуло в пятки, как будто пыталось выбраться из тела и сбежать куда-нибудь подальше, в безопасное место.
— Не понимаю, о чем ты, Грей, — сглотнула я. — Какой перстень?
Не было никакого перстня. Где доказательства? Мое чистосердечное признание — и что потом? За такое меня и повесить могут, кража могущественного артефакта у дракона, еще и у Грея, еще и артефакта, который связан с уровнем его сил, — это серьезно. Это государственная измена.
— Жаль, — хмыкнул Грей. — Вспомнишь — я, может быть, тоже вспомню.
