Наташа лениво шептала подруге секреты работы с непривлекательным начальником. Она сидела по-турецки на кровати, прижимая мобильник к уху и острым ногтями подпиливая края спичек. Стоит заметить, что этот тихий, но захватывающий разговор только усиливает атmosферу необъяснимого рабочего недоразумения в лаборатории....
Похоже, «Катастрофа в подарок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Учительница вздохнула, ожидая реакции на следующее заявление:
— Думаю, я беременна!
Илона улыбалась, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Если бы это мог слышать брат. Наивность Наташи вовсе не раздражала, а делала какой-то трогательной и беззащитной. Хотелось прижать к груди этого взрослого ребёнка, получившего образование по предмету, объясняющему, как происходит зачатие, и совершенно не обладавшего личным опытом. Многие старшеклассницы могли научить свою преподавательницу такому, отчего её не только в пот бросит, но и заставит не один день ходить пунцовой.
Наверное, такое же чувство испытывал рядом с ней Лев. Невинность и внутренняя чистота — главные из причин, что притягивали к брюнетке искушенного в женщинах брата.
— С чего ты решила, что сразу же забеременела?
— Не забывай, кем я работаю. — Наталья вздернула голову и затараторила с интонацией учительницы, объясняющей новую тему: — Мы не пользовались презервативами. Процент забеременевших в первую брачную ночь равен пятидесяти.
Байкерша оборвала Сидорову, сыплющую нелепостями статистов:
— Ты вообще встречалась с кем-нибудь раньше?
— Да, но не совсем…
Илона удивилась:
— Это как? Уж не садисты ли тебе попадались или ещё какие-нибудь извращенцы? — Она вспомнила не раз слышанную от Тани поговорку: что не дерьмо, то к нашему берегу. «Что там Лев про неё говорил, как назвал? «Катастрофа»?.. Ну неужели настолько всё плохо?»
Теперь уже раскрасневшаяся биологичка выглядела не выучившей уроки ученицей.
— Нет, не поэтому. Ещё ни один парень не произнёс убедительно три нужных слова, а без этого я не могу.
— «Я хочу тебя»?
— Нет, «я люблю тебя»! — возмущённо ответила Наташа. — Без взаимных чувств я не согласна. Конечно, попадались озабоченные дегенераты, но их признания расходились с действиями. Так продолжалось лет до двадцати, а потом всё стало намного хуже.
— Хуже? Перестали влюбляться?
Цвет лица Сидоровой приближался к спелому помидору.
— Ну, одно время мне хотелось потерять девственность, чтобы не казаться белой вороной. Даже находились подходящие кандидаты для первого сексуального опыта. Но вера в чувства с первого взгляда и чистые отношения живут лишь в школьниках — со взрослыми особями намного сложнее. Узнав, что я девственница, они шарахались от меня, как от больной, обвиняя в желании выскочить за них замуж.
