Наташа лениво шептала подруге секреты работы с непривлекательным начальником. Она сидела по-турецки на кровати, прижимая мобильник к уху и острым ногтями подпиливая края спичек. Стоит заметить, что этот тихий, но захватывающий разговор только усиливает атmosферу необъяснимого рабочего недоразумения в лаборатории....
Похоже, «Катастрофа в подарок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Пробормотав под нос: — Где, где? в … — А громко в слух выдала: — Я понимаю, что среди хмырей вашего круга девственность цениться как товар. Она подняла очки вверх, развернулась к двери, вытянула ноги и сложив руки на груди поинтересовалась с издёвкой.
— Уж не продавать ли на аукционе Наталью вы собрались?
— Да упаси Бог, вы что? — Махнула руками Илона. — Она невеста моего брата.
— Вот как? — врач вернула очки на переносицу, с нескрываемым удивлением уставившись на странную посетительницу.
— За это время многое изменилось. Их уже благословили на брак наши бабушки. Осталось известить родителей. Даже день свадьбы назначен. — Иванова радушно улыбалась. — Буду рада увидеть вас среди гостей.
Залезаева подскочила со стула.
— А я то, как буду рада. — Улыбалась она. — Надеюсь, вы не шутите?
— Конечно, нет. Но для того, чтоб это случилось, мне нужна ваша помощь.
— Какая?
Давняя подруга Натальи, прекрасно знавшая о множественных проблемах подруги, как никто, была заинтересована в её счастье.
— Не говорите, что её девственная плева на месте?
Очки, вместе с глазами врача полезли наверх. Она поперхнулась воздухом, прокашлялась и с трудом продавила:
— Неожиданно…
— Там очень запутанная история и не моя тайна. Но от этой неправды зависит счастье Наташи и брата. Вы же знаете, как относится она к любой лжи.
— Оттого и удивлена сверх меры. Зашить гемен меня просили не раз, но порвать вы первая.
— Ничего не надо рвать и зашивать. Пусть идёт всё своим чередом. Люди взрослые и сами решат, как это сделать.
— Так зачем мне врать?"
"— Она думает, что он воспользовался её беспомощным состоянием, но Лев не такой.
Илона замолчала. Ей было необходимо переварить собственное враньё о благовоспитанности брата.
— Очень благородно, хотя я ничего не поняла.
— Говорю же сложно! Глупая игра, которую она приняла за реальность. Узнает противное и может взбрыкнуть.
— Может!
— И станет счастливее?
— Не знаю.
— А я знаю, что нет. Она влюблена в него по уши. Я вижу, что и он её любит, а самое главное, принимает со всеми её страхами неуклюжестью и буйной фантазией.
— Что есть, то есть. — Рассмеялась Залезаева. — Картинки в её голове порой поражают, если она ими делится.
