Наташа лениво шептала подруге секреты работы с непривлекательным начальником. Она сидела по-турецки на кровати, прижимая мобильник к уху и острым ногтями подпиливая края спичек. Стоит заметить, что этот тихий, но захватывающий разговор только усиливает атmosферу необъяснимого рабочего недоразумения в лаборатории....
Похоже, «Катастрофа в подарок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Стоп, стоп, стоп! — Илона подтолкнула брюнетку к креслу. — Ты сказала Льву, что беременна вот так сразу без подготовки? — она, в отличие от училки, с трудом сдерживала смех, готовая отдать многое за возможность увидеть лицо вип мастера по «перепиху» в момент возведения в ранг отца.
— Какая подготовка? — метала молнии взглядом биологичка. — Ему что ли их рожать?
— Кормить однозначно ему и немало лет. — Вступилась за брата сестра. — Он человек ответственный.
— Видела бы ты эту ответственность. — Хмыкнула Сидорова.
— Это кто, что потерял?
Громкое рычание Льва заставило девушек оглянуться.
— Давай вернёмся ко мне и продолжим. — Потребовал он, ухватив невесту за руку, и резко выдернул из кресла.
— Чтоб я ещё раз тебе дала… — яростно вырывалась она. — Только по лбу кулаком, или в глаз! — училка опустила взгляд на дорогое любому мужчине место, пообещав — Так двину коленом, что других малышей у тебя вовсе не будет!
— Каких других, — под смех сестры Иванов крепко обнял взбесившуюся бунтарку, лишая возможности двигаться.
Он немного отстранился, заглядывая в раскрасневшееся лицо фантазёрки.
— Имена давным — давно зарезервированы бабулей. Откажешь — проклянёт тебя памятью Сталина: мальчик— Карл, девочка— Роза! — пригрозил он, усмехнувшись в округлившиеся глаза Катастрофы. — Это не обсуждается!
— Бедные дети… — потерянно прошептала та, поинтересовавшись — За что она так их?
— За любовь к революции.
— Но не такой извращённой. — Поникла Наталья, понимая, что спорить с Матильдой Карловной Блудерфенд себе дороже. Она мысленно поблагодарила родителей директора, что хоть фамилию дети получат не связанную с коммунистами.
— Скажи это моему отцу, — посоветовал Лев, — счастливому дедушке.
— Карл Львович…"
"Комнату на некоторое время заполнила тишина. Смеяться или острить решению бабули Илона не осмелилась.
— Вот так и живём, — развёл рыжик руками, выпуская из плена притихшую Сидорову. — привыкай.
Она пошатнулась, и чуть было не полетела вперёд, прямёхонько в направление огромной плазмы.
— Нет! — вскрикнула Иванова младшая не понаслышке знакомая с разрушительной силой падений подруги.
