– Правда-правда я? Катя Сиротина?»
Машина на мгновение нырнула в туннель. Ринц (к своему стыду, Катя не запомнила, как его зовут) уверенно вел ее, положив на руль расслабленную руку. Даша на переднем сиденье рядом с ним переключала радиостанции в поисках подходящей музыки, а Захар, сложив руки на груди, мрачно смотрел в окошко с другой стороны.
Катя потыкала его пальцем в бок.
– Ты чего такой мрачный? – шепнула она.
Захар вместо ответа раздраженно дернул плечом – мол, отстань, – и Катя обиженно отвернулась к своему окошку. Ну и пусть себе тухнет в одиночестве! А она не позволит ему испортить ее прекрасное настроение.
Уж, конечно, Катя заехала домой только потому, что до вечеринки в честь ее дня рождения (подумать только!) оставалось два с половиной часа. И почти непреодолимое желание увидеть реакцию Захара на ее новый образ тут было ни при чем! И все же то, как он на нее посмотрел, значило для нее больше, чем тысяча комплиментов.
Ему понравилось. Катя была уверена, что понравилось. Причем настолько, что он все никак не мог закрыть рот и пялился на нее, забавно выпучив глаза. А Кате безумно понравилось нравиться ему. Они бы, наверное, до сих пор пялились друг на друга, не решаясь сделать первый шаг, но тут у Захара зазвонил телефон, и громкий голос Ринца чуть ли не на всю квартиру сообщил, что карета приехала.
Даша заохала, увидев Катин новый образ, а Ринц присвистнул, заработав от Захара неожиданно злобный взгляд. Катя не могла понять, почему его настроение вдруг испортилось, и старательно делала вид, что ее это не задевает."
"Ни Стас, ни даже Таби ни словом не обмолвились о том, где будет праздник («И» – интрига!), поэтому Катя едва не застонала, когда машина затормозила возле клуба Call me, Van Goh. Выскользнув на улицу и хлопнув дверью, она нерешительно посмотрела на огромного Ван Гога, делающего селфи в окружении неоновых ирисов и подсолнухов. Он, если честно, тоже выглядел не слишком-то счастливым. Может, им двоим сбежать в закат? Катя немного покрутила эту мысль в голове, но потом отбросила как несостоятельную. Не может же виновница торжества смыться с собственной вечеринки, даже не появившись на ней! И потом, раньше никто не устраивал для нее ничего подобного.
И, вероятно, никогда уже не сделает.
Рядом внезапно вырос Захар.
– Все нормально? – хмуро спросил он.
Его плечо ненавязчиво прижалось к ее плечу, а взгляд рентгеном прошелся по всему телу. Катя недоверчиво покосилась на него: то игнорирует ее, то заботится… Совершенно непонятный человек.
Она все-таки кивнула и, с трудом подавив желание спросить, можно ли подождать на улице, пока остальные веселятся, перевела взгляд на клуб.