Автор
Катя испытывала невероятную заинтересованность в одном парне, несмотря на его скептическую реакцию и негативное отношение к девушкам. Мама Кати, Светлана Сергеевна, с ее нереальной энергией, подогревала их связи, и это создавало атмосферу, полную неожиданных перемен.
– Идите в жопу, я на вас в суд подам!
Лицо Захара потемнело. Он снова замахнулся, но Катя обхватила его руками со спины и замотала головой.
– Да, это был Катин комикс! – с ненавистью выкрикнул Стас, опираясь локтями на диван и пытаясь приподняться. – И нет, я не стану идти против Женьки! Ясно вам?
– Оп! – внезапно радостно вскрикнула Таби. – Всем спасибо.
Она выбралась из-за стола и одернула рубашку, словно не замечая изумленной тишины, а потом небрежно помахала в воздухе рукой. Таким жестом разгоняют сигаретный дым и назойливых мошек.
– Все, говорю, расходимся.
– Потому что тебе таблеточки пора принимать? – огрызнулся Стас, с опаской зыркнув на Захара. Его отведенная рука все еще дрожала от ярости. Мышцы казались окаменевшими от напряжения! Катя уткнулась носом ему в спину и, зажмурившись, поцеловала куда-то под лопатку.
– Нет, просто твоего чистосердечного признания нам достаточно! – Таби помахала в воздухе телефоном. На экране, быстро сменяя друг друга, мелькали секунды аудиозаписи.
– Это… – начала было Катя.
– Вот именно!
К столу, запыхавшись, подбежали Эдик и Ринц. Эдик, мгновенно оценив обстановку, подскочил к Захару и предупреждающе положил руку ему на плечо, а Ринц принялся крутить головой во все стороны:
– Так. Что я пропустил?
– Погодите-ка, – взволнованно выпрямился Стас. – Вы не имели права делать запись без моего разрешения. Это незаконно!
– Ну ты же сам сказал, что мы не в суде, – ослепительно улыбнулась Таби, а Даша рассмеялась и повисла у Ринца на шее.
– Только не говорите, что я все пропустил, – простонал тот сокрушенно. – Захар, ударь его еще разочек! Ну, пожалуйста. Ну для меня! Нет? Тогда предлагаю нажраться!
И, боже, как они надрались…
Конечно, сначала Кате двадцать минут (она засекала!) пришлось выслушивать вопли Захара на тему того, что так поступать нельзя. В целом она была с ним согласна, хотя и призналась честно, что поступила бы так снова.
– Идиотка! – завопил Захар. – Ты… Ты…
Исчерпав аргументы, он просто сгреб ее в объятия и крепко сжал.
"А потом они пили и танцевали. Смеялись и снова пили. Хохотали в голос и прыгали на танцполе, обнявшись все вшестером, будто безумные!
Свободные и прекрасные.
Близкие и родные настолько, насколько могут быть только друзья!
Где-то после полуночи Катя все-таки превратилась в тыкву. Ну почти.
