Автор
Обольстительная Катрин завоевывает сердца королевских вельмож и простых рыцарей, балансируя между долгом перед супругом и страстной любовью. В эпоху средневековых интриг она становится ставкой в опасной игре власти, где красота и ум – её главное оружие в борьбе за счастье и выживание.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Катрин. Книги 1-12»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Обольстительная Катрин завоевывает сердца королевских вельмож и простых рыцарей, балансируя между долгом перед супругом и страстной любовью. В эпоху средневековых интриг она становится ставкой в опасной игре власти, где красота и ум – её главное оружие в борьбе за счастье и выживание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Обольстительная Катрин завоевывает сердца королевских вельмож и простых рыцарей, балансируя между долгом перед супругом и страстной любовью. В эпоху средневековых интриг она становится ставкой в опасной игре власти, где красота и ум – её главное оружие в борьбе за счастье и выживание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Глаза ланей – он так любил преследовать их, когда был мальчишкой…
– Я был бы неблагодарным чудовищем, если бы ответил, что неприятно, – ответил он ласково.
– Тогда… поешьте меду. И скажите, о чем вы думали. У вас стали такие грустные глаза.
– Я думал о своей родине. И дорогой в Монфокон я думал о ней. Думал, что больше никогда ее не увижу, и от этой мысли мне было больно.
– Но теперь-то вы знаете, что увидите! Теперь-то вы на свободе!
Мишель улыбнулся, отломил кусок хлеба, обмакнул его в мед, откусил и стал рассеянно жевать.
– Знаю, а думаю все-таки по-прежнему. Что-то говорит мне, что я никогда уже не вернусь к себе на родину в Монсальви.
– А вы не думайте! – сурово приказала Катрин. – Черные мысли у вас от усталости. Вот прибавится у вас сил, вы почувствуете себя куда увереннее, и мысли переменятся.
Оброненное Мишелем слово заронило любопытство в Катрин: интересно, а какая она, его родина? Она хотела знать все об этом мальчике, который заворожил ее. Она подошла к нему поближе и смотрела, с какой жадностью он пьет.
– А какая у вас родина? Может, вы мне расскажете?
– Конечно, расскажу.
Мишель на секунду закрыл глаза, может быть, чтобы лучше представить себе дорогие картины детства. Он так пламенно призывал их во время своего скорбного пути, что они охотно слетели на экран его сомкнутых век.
Скупыми словами нарисовал он высокое плоскогорье, овеваемое ветрами, ущелья, в которых растут каштаны, свою родную Овернь, щетинящуюся потухшими кратерами, городок Монсальви с домиками из лавы, сгрудившимися вокруг аббатства, родовой замок на склоне горы и маленькую часовенку над Святым источником. Катрин будто собственными глазами видела темно-синие сумерки, чернеющие поля, лиловое небо и на нем синевато-призрачную цепь гор, белопенные потоки, бегущие меж разноцветными камнями, превращающиеся в глубокие черные озера в обрамлении мхов и красноватых, цвета карбункула, гранитов. Слышала, как поет среди скал южный ветер, как жалуется зимой северный, если обойти по крепостной стене замок. Мишель рассказывал об отарах овец, что пасутся на пустошах, о лесах, где в изобилии водятся волки и кабаны, о горных реках, где играет серебристо-розовая форель. Зачарованная, Катрин слушала его, приоткрыв рот, позабыв о времени, позабыв, где она.
– А ваши родители? – спросила она, когда он умолк. – Они с вами?
– Отец умер десять лет назад, я плохо его помню. Он был суровым, закаленным в боях воином. Всю свою молодость он вместе с великим коннетаблем Бертраном дю Гекеленом воевал с англичанами. После осады Шатонеф-де-Радон, где дю Гекелен погиб, отец сломал свой меч: ни один военачальник не казался ему достойным повиновения. Управляла землями моя мать, она воспитывала меня как воина.
