В семье Катрин царила тягомотная рутинность. Отец, вместо работы на скамейке возле подъезда, проводил часами курение и уборку дворовой территории, окурки и бутылки попадали везде как ни в чем не бывало. Его символическая зарплата от домоуправления приносила ему лишь минимальную выживальную поддержку, но даже это мало что меняло его образом жизни....
Голова, руки и ноги потеряли вес, стали воздушными – она словно летела над землей, а приятные мурашки покрывали кожу. С каждой секундой ощущения усиливались, Катрин погружалась в них, теряя контроль и желая лишь одного – вдыхать ещё и ещё. Несравнимый ни с чем экстаз кружил голову. Девочка прилегла на один бок и только собралась сделать самый сильный вдох, как Вера выхватила зеркальце и убрала в свой клатч.
– Понравилось? – на её лице сияла странная хищная улыбка.
Катрин несколько раз с силой моргнула, затем вытерла тыльной стороной ладони губы, которые были в слюне.
– Что за хрень? – спросила она испуганно, боясь нового чувства, но в то же время готовая повторить это, не раздумывая.
– Твоё тело впитало чужую энергию. Первый раз всегда такой ярко выраженный, хотя тебе же это не вперво́й. Помнишь, что-то похожее было вчера?
Катрин задумалась. Она вспомнила, как почувствовала что-то отдалённо похожее, когда бедный Антон в спешке покидал квартиру Веры. Но это было совсем не то же самое – капля по сравнению с тем океаном, который проник в неё только что.
– А теперь пойдём, я покажу тебе кое-что, – сказала Вера и поманила Катрин пальцем.
Девочка послушно пошла за ней в надежде, что та позволит ей ещё хотя бы на секундочку вдохнуть силу аккумулятора. Минут пять они молча шли в сторону дома. Катрин несколько раз пыталась завести разговор с Верой, но та лишь цыкала и приказывала молчать. Наконец они добрались до гаражей – тех самых, где вчера была изнасилована бедная Нина.
– Зачем мы здесь? – не вытерпела Катрин: это место производило на неё гнетущее впечатление.
– Чувствуешь? – спросила Вера.
– Нет, а что я должна чувствовать?
– Потрогай что-нибудь.
– Чего сделать?
– Что ты такая непонятливая? Дотронься до чего-нибудь, – Катрин не видела, но знала, что Вера закатила глаза.
«Ненормальная», – подумала она и прикоснулась рукой к холодному ржавому куску железа, который врос в землю.
Воздух вдруг резко изменился, стал тяжёлым, кислым и тошнотворным, как в автобусе в час пик.
«Я превратилась в камень? Эта стерва заколдовала меня?» – жуткая мысль пронеслась в недвижимой голове и кольнула в сердце.
Сама Вера куда-то пропала. Вдруг Катрин услышала шёпот. Шептал мужчина. Он давал какие-то установки.
