Начало войны изменило жизнь Деда Романа forever. Теперь он живёт в селе, но в сердце и во взгляде осталась та самая горячая кровь казака. Казачий крест — это не только атрибут, но также образ жизни и веры в честное имя перед Богом и ближним.
Похоже, «Казачий крест» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Чтобы стенки ствола по всей длине и в любой точке были одинаковой толщины. Тогда ствол вести при нагреве не будет."
"– Ну да, ну да. Хорошо. Вы меня убедили. Но ведь в прежние времена мастера делали булатные стволы. Я точно знаю. Сам такой видел, – вдруг вскинулся мастер.
– Делали. Но как? – лукаво усмехнулся парень. – Ствол навивали полосой на форму и проковывали. Но никак не отливали.
– Что?! Навивали? – подскочил оружейник.
– А вы не знали? – удивился Матвей.
– Я тот ствол только что на язык не пробовал, – растерянно проворчал мастер, – но не думал, что он витой.
– Так я ж говорю, их проковывали и таким образом сваривали края полосы между собой.
– Господи, ну почему мы с вами раньше не встретились? – неожиданно взвыл мастер и, вскочив, забегал по мастерской из угла в угол.
– Ну, тут уж как Господь свёл, – развёл парень руками. – Осмелюсь напомнить, так что там насчёт патронов?
– Ах да. Патроны, – резко остановившись, пришёл в себя оружейник. – Как я уже обещал, полсотни я вам найду. Но, увы, ничего иного подобного вида у меня больше нет.
– А гильзы, капсюли имеются? – быстро поинтересовался Матвей.
– Думаете, сумеете собирать патроны сами? – моментально сообразил мастер.
– Ну, дело не особо хитрое, – пожал парень плечами.
– Придётся уменьшать навеску пороха. Голый свинец с нарезов срывать будет.
– Знаю. Будут гильзы, поищу тут по торгу медную трубку и стану пули в опояске отливать. Тогда и навеска обычная останется.
– Молодой человек, вашим знаниям цены нет. Не хотели бы уехать из станицы своей? – неожиданно спросил оружейник.
– Увольте, Фёдор Матвеич. Где родился, там и сгодился. В станице у меня кроме отца иного начальства нет. А в других местах придётся перед каждым родовитым индюком шапку ломать. Нет уж, это не про меня. Я ему скорее в морду дам, чем поклонюсь.
– Ну да. Казачий дух. Кланяюсь только Господу Богу и кругу казачьему, – грустно усмехнулся оружейник.
– А ещё родителям своим, – спокойно кивнул Матвей.
– Жаль. Но ничего не поделаешь.
– А порох? – быстро добавил Матвей.
– Коли бездымный, нового образца, думаю, бочонок найду, – чуть подумав, кивнул мастер.
– Ну, тогда давайте считать, – усмехнулся парень, поднимаясь.
– Идёмте в зал. Сейчас всё будет, – грустно вздохнул мастер, указывая на дверь.
Они вернулись в лавку, и оружейник сам, отмахнувшись от продавца, вынес всё заказанное.
