В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Есть в городе Париже один очень известный авантюрист, аристократического рода. Она его разоблачила и сумела сорвать его планы относительно нашей страны, а он поклялся, что лично сдерет с нее кожу, набьет чучело и поставит у себя в прихожей. Чтобы другим неповадно было в его дела влезать.
— Европа, — произнес Гриша так, что капитан только головой покачал.
В одно-единственное слово парень умудрился вложить всё. И ненависть, и презрение, и издевку.
— Чтобы воплотить свою клятву в жизнь, он нанял два десятка головорезов, зафрахтовал судно и отправил всю эту банду сюда.
— Как они ее нашли, известно?
— Теперь да. Один из тех, кто ее похитил, сумел дожить до допроса. Не повезло дураку. Вытрясли все, что знал. Оказалось, что твои уроки не прошли даром. Герцогиня умудрилась зарезать двоих до того, как они скрутили ее.
— Нужно было еще и стрелять учить, — выдохнул Гриша, роняя голову на ладони.
— Не казнись, парень. Нет тут твоей вины, — выпив очередную рюмку коньяку, вздохнул Залесский.
— Откуда вам знать? — глухо спросил Гриша, не поднимая лица."
"— Оттуда. Герцогиня сама это знала. Не мне тебя учить, что женщины способны многие вещи заранее сердцем чуять. Вот и она почуяла. Вся беда в том, что оба этих происшествия наложились одно на другое, словно специально. Помнишь, я тебя тогда здесь, в кабинете об этом спросил?
Парень только кивнул.
— Вот то-то и оно. Сколько служу, никогда таких накладок не было.
Гриша медленно выпрямился и недоуменно уставился на капитана. Выдвинув ящик стола, Залесский вынул из него какие-то документы и, положив их перед парнем, пояснил:
— Это ее завещание и купчая на дом. Теперь он принадлежит тебе. Вместе со всем имуществом, что там осталось. Это ключ от сейфа. Это номера всех ее счетов в разных банках. Три из них находятся за границей. Машина ее теперь тоже твоя.
— Завещание? — непонимающе переспросил Гриша.
— В том-то и дело. Завещание это она составила за три дня до того, как ее схватили. Ты тогда у мастера Лю в доме отравленный валялся. Я проверил, здесь все честно. Она сама ездила в ту контору и лично оформляла все бумаги. Потому и говорю, она все предчувствовала и поспешила привести дела в порядок.
— Предчувствовала и не сказала, — чуть всхлипнув, прошептал Гриша.
