В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Подвинув к себе чистый лист бумаги, он быстро написал записку для управляющего и, отдавая его парню, добавил:
— Сумеешь это чудо собрать, считай, что в следующий заказ ты в доле.
— Это как? — не понял Гриша, который мысленно уже был в мастерских.
— А ты всерьез считаешь, что, увидев такой автомобиль, наши модники не кинутся заказывать такие же для себя? — рассмеялся Николай Степанович.
— Так ведь вы сами сказали, что для кузовных деталей у нас станков нет.
— Верно. Но я и не говорил, что их сделать нельзя, — лукаво усмехнулся князь.
Схватив записку, окрыленный парень помчался в мастерские. Внимательно прочтя полученное письмо, управляющий несколько минут задумчиво изучал стоящего перед ним казака, после чего осторожно поинтересовался:
— А ты его сиятельству точно не родственник?
— С чего вы взяли? — растерялся Гриша.
— А с того, друг мой, что вот так просто позволить творить в мастерских, что пожелает, князь мог только тому, к кому сильное доверие испытывает.
— Это кто ж вам сказал, что я буду делать тут, что пожелаю? — возмутился Григорий. — Я, если знать хотите, его сиятельству помогаю слово княжеское сдержать, сестре даденное.
— Вот, значит, как, — растерянно протянул управляющий. — Тогда да. Тогда ладно. В дальнем сарае все нужное есть. И верстаки готовы.
— Сговоримся, — коротко кивнул Гриша, забирая у него ключ от казенного сарая.
Бегать с жалобами к управляющему он и не собирался. Привыкший с уважением относиться к окружающим, он в ответ получал такое же отношение и к себе. А те, кто не желал его уважать в силу возраста или еще каких мыслей, очень быстро оказывались вне пределов его внимания. И так обычно складывалось, что подобные люди очень быстро становились неинтересны и другим.
Распахнув широкие ворота, парень огляделся и, заметив на стене рубильник, включил в сарае свет. Князь, требовавший от своих рабочих в деле точности и аккуратности, не скупился и не экономил на мелочах. Во всех его мастерских было электрическое освещение и серьезная вентиляция. А самое главное, во всех цехах было тепло.
