Иван Кочуев шёл по вечернему городу, портупея игриво скрипела под каждым шагом. Его новенькая форма и радостное настроение создавали атмосферу праздника в сердце тихого казачьего ансамбля «Бударочки», передающейся из поколения в поколение.
Но выкрутился с поразительной лёгкостью, говорящей о большом опыте по части компромисса:
– Сахиб, такова воля богов! Сам Кришна привёл вас к нашей деревне, а подлый ракшас был дан вам как испытание. Он уже много лет наводил ужас на всю округу, и боги вняли нашим молитвам, ниспослав тебя и твою госпожу.
– Никакая она мне не госпожа! – Глянув на прыснувшую девушку, Иван с трудом сохранил серьёзное выражение лица. – Ни в том, ни в другом смысле. Мы совершенно посторонние люди.
– Сахиб отказывается от своего отражения в реке? – непритворно удивился старик.
Рахиль перестала хихикать, чисто внешнее сходство меж ней и молодым человеком заключалось разве что в принадлежности к одному биологическому виду. Во всём прочем более неподходящую пару было бы заманчиво вообразить…
На всякий случай Иван и Рахиль попристальнее вгляделись друг в друга. Результат не обманул их ожидания. С его точки зрения, у девушки были выпирающие ключицы, тонкие губы и высокомерный, чересчур длинный нос. С её позиции, лицо подъесаула казалось нарочито неумно, а пшеничные усы выглядели вызывающе откровенно, словно выдавались каждому с общественного склада сразу при вступлении в ряды доблестного казачества.
– Ну и где же обещанная деревня? – наконец собрался с новым вопросом господин Кочуев. Старец чуточку удивился:
– Сахиб не видит дыма?
– Раз вы индус, не отвечайте вопросом на вопрос!
– Очередной камень в мой огород от неантисемита.
– Ага, судя по этим двум чахлым дымным столбикам, деревенька небольшая.
– Нет, сахиб, даже очень маленькая, но боги благоволят нам.
– Бог, – наставительно поправил казак. – Не боги, а Бог. Он един, и всё сущее подчиняется воле Его, как на земле, так и на небе.
Два столба дыма меж тем начали неожиданно густеть, наливаться чернотой и вдруг, причудливо сплетясь верхушками, образовали подобие ухмыляющегося черепа…
– Лик богини Кали, – с поклоном пояснил старик.
На мгновение у молодых людей пропал дар речи. Рай, в который они попали, не подходил ни под иудейские, ни под православные традиции. Всё было слишком неправильно…
– А что было делать, сахиб, – развёл руками индус. – Твоя женщина убила ракшаса, слугу богини.
