У меня странное ощущение, когда я смотрю на воду, плот и дальний берег — всё это так знакомо, как будто я смотрю старое семейное видео, за исключением того, что люди были вырезаны, так что я могу различить только слабые силуэты там, где они когда-то были. Я тоскую по этим людям — и по той девушке, которой я была раньше.
Я не слышу Сэма, пока он не кладёт руку мне на плечо. Он как-то странно смотрит на меня, и я понимаю, что нескольким слезинкам удалось выскользнуть из их клеток. Я вытираю их и пытаюсь улыбнуться.
— Извини… У меня такое чувство, будто я на секунду перенеслась в прошлое.
— Я понимаю, — Сэм молчит, а затем скрещивает руки на груди. — Кстати, о возвращении в прошлое… Думаешь, ты всё ещё можешь это сделать?
Он кивает на другую сторону озера.
— Переплыть? — усмехаюсь я.
— Я так и думал. Слишком стара и не в форме для этого сейчас, — говорит он с запинкой.
— Ты издеваешься надо мной? — рот Сэма приподнимается с одной стороны. — Ты привёз меня сюда, чтобы оскорбить мой возраст и моё тело? Это низко, даже для Вас, доктор Флорек.
Другая сторона его рта поднимается вверх.
— Твое тело хорошо смотрится с того места, где я стою, — говорит Сэм, оглядывая меня с ног до головы.
— Извращенец, — я безуспешно борюсь с усмешкой. — Ты говоришь, как твой брат.
Мои глаза расширяются от того, что я только что сказала, но он, кажется, не замечает.
— Уже прошло много времени, — продолжает он. — Я просто говорю, что мы уже не такие проворные, как раньше.
— Проворные? Кто вообще говорит «проворные»? Сколько тебе, семьдесят пять? — поддразниваю я. — И говори за себя, старик. Я достаточно проворна. Не все из нас стали мягкотелыми.
Я тыкаю его в живот, который такой твердый, будто в нём отрицательный процент жира. Он ухмыляется мне. Я прищуриваюсь, затем изучаю дальний берег.
— Допустим, я это сделаю: переплыву озеро вплавь. Что мне с этого будет?
— Кроме права на хвастовство? Хм… — он потирает подбородок, и я смотрю на сухожилия, извивающиеся вдоль его предплечья. — Я сделаю тебе подарок.
— Хороший. Ты же знаешь, я отлично умею дарить подарки.
— Скромный, как всегда, Сэм. Есть какие-нибудь идеи, каким будет этот превосходный подарок?
Я не могу сдержать смех, который вырывается из меня, или широкую ухмылку на моем лице.
— Ну, в таком случае, — говорю я, расстегивая шорты, — как я могу отказаться? — Сэм таращится на меня. Он не думал, что я это сделаю. — Надеюсь, ты всё ещё помнишь, как грести.