Автор
На лавочке сидели Андрей и девушка, едва пробуя вкус горьких фисташек в мягком свете кафе. Их беседа тонко переплеталась с улицей - шумом проезжающих машин и гулом разрывавшихся пивных пузырьков. Андрей ждал, когда она поднимется, чтобы они могли остаться наедине без общественных глаз....
Мне плевать.
Именно тогда они в первый раз и разговорились. Сейчас Галина спала. Лена слышала ее мощное, тяжелое дыхание. Вика что-то бормотала во сне, иногда начинала стонать и отчетливо ругаться. Голос у нее был измученный и злой:
– Ну чего ты! Козел! Пошел ты! Ой, да ну пошел ты! Козел!
И так по нескольку минут подряд. Кто-то шептался, кто-то храпел, кто-то молча поправлял на глазах полотенце. Лена ждала. Она лежала и смотрела в потолок. Над нею тянулась провисшая веревка. Здесь можно было высушить кое-какое бельишко.
Лена прислушалась, потом осторожно приподнялась на локте. В камере действительно стало потише. Многим удалось уснуть. Наверху, под потолком, было так душно, что заходилось сердце. Женщина подавила в себе желание закричать. Это был кошмар, но кошмары кончаются. Этот кошмар не кончался. «Как я попала сюда? – Лена приложила ко лбу ладонь.
Она тряхнула головой, заставляя себя сосредоточиться. У нее начиналось что-то вроде бреда, она это чувствовала. Болел затылок, ломило под лобной костью. Мысли шли непрерывным потоком, но это были какие-то странные мысли – вязкие, будто чужие.
"Лена села. Приложила руки ко лбу, снова тряхнула головой. Из нее рвался крик – может, хоть так она проснется?! «Это я, я… – она лихорадочно разглядывала свою одежду, руки, ноги. – Это я здесь сижу, я, Лена Алексеева… Я не сплю. Это правда. Я не проснусь. Это не кошмар».
Галина резко повернулась во сне и что-то пробормотала.
