Глаза защипало – это с бровей внезапно стекли капельки пота. Она вытерла глаза и поняла, что лицо у нее совершенно мокрое. День был жаркий, но Таня не обвиняла жару. Ей было страшно до тошноты. Она никогда не думала, что может почувствовать этот страх днем. Только ночью – в одиночестве – в темной комнате…
В коридоре истерично закричал мужчина. Она не узнавала голос, едва разбирала слова:
– …сволочь…открой…открой!…
Но она не собиралась открывать. Кто бы не остался в живых – он вооружен. Вооружен и убьет ее, едва она высунет нос.
Она умудрилась вооружить и столкнуть двоих, и тот, кто остался в живых, это понял. Таня наконец узнала голос. Это был Андрей. И тут телевизор умолк. В наступившей тишине за стеной проскрипели шаги старухи. Потом та попыталась выйти из комнаты и вернуться к занятиям кулинарией. Таня прислушивалась. Дверь оказалась заперта. Старуха, наверное, решила, что сошла с ума, и это ей почудилось. Еще раз толкнула дверь. Потом Таня услышала, как бабка колотит в дверь костылем и кричит:
– Гришка, олух, я ж тебе задам! Не маленький, а все такой же дурак!"
"В коридоре послышались торопливые шаги.
Хлопнула входная дверь. Таня пулей вылетела из комнаты. Бабка продолжала стучать и кричать, но девушка не обращала на нее внимания. Она бросила быстрый взгляд направо, увидела на полу Гришу. Он лежал ничком, уперевшись руками в плинтус. Его пистолет валялся рядом. Пол был залит кровью.
Таня схватила его за воротник куртки, с натугой приподняла и перевернула. Две пули. Он получил две пули в грудь, и был уже мертв.
Стеклянные глаза, измазанное кровью лицо. Она подняла его пистолет, запихала тело в ванную, сбегала в туалет за тряпкой, протерла пол, швырнула тряпку вслед за телом Гриши и заперла ванную снаружи. Андрея здесь давно не было, это она поняла сразу. Он сбежал, когда понял, что натворил, когда услышал, что в квартире есть кто-то еще, кроме него и Тани. И сейчас он мог быть где угодно… «Но вряд ли в милиции», – подумала она.
Бабка надрывалась от крика.
Таня медленно подошла к ее двери. С минуту поколебалась. Открыть дверь и выпустить старуху… Сейчас это совершенно бессмысленно. И к тому же опасно. Бабка не станет слушать сказки, что внучок моется в ванной. Таня ставила на то, что бабка захочет посмотреть еще что-нибудь, кроме программы новостей. Ведь старуха была так тяжела на подъем и любила посидеть перед телевизором. Но этого не случилось. Наверное, старуха хотела есть.
– Помолчите вы! – крикнула Таня.
