Автор
На лавочке сидели Андрей и девушка, едва пробуя вкус горьких фисташек в мягком свете кафе. Их беседа тонко переплеталась с улицей - шумом проезжающих машин и гулом разрывавшихся пивных пузырьков. Андрей ждал, когда она поднимется, чтобы они могли остаться наедине без общественных глаз....
Ведь это была родня папы… Должно быть все наоборот.
Макс взял у нее платок и сам вытер ей лицо. Таня все еще плакала, сама того не замечая.
– Ты любила отца, вспомни, ты мне много раз это повторяла. Он очень много для тебя значил. Ты могла ревновать свою мать за то, что она прогоняет тебя так далеко, в Ереван, хотя тебя туда отправил отец. Но ты считала, что тебя вытесняют, хотят отнять у тебя отцовскую любовь.
Таня молчала и бессмысленно разглядывала свои голые колени. Наступил май, и она приходила к Максу в шортах.
– Но ведь я и мать люблю. Правда!
– Одно другому не мешает. Тогда ты за себя не отвечала. Ты была одна, одна среди незнакомых людей. Собака первой бросилась на кошку. Она дала второй толчок. Ревность дала первый. Ты ударила кошку и… Что ты почувствовала?
– Облегчение, – автоматически ответила Таня. И, задумавшись, продолжала: – Наслаждение. Радость. О, боже, я как будто опьянела от счастья! Я так хотела, чтобы собака сожрала котят! Макс, как же так? Ведь если все разложить по полочкам, как ты делаешь, то котята – это ведь дети, то есть – я? Я хотела, чтобы меня сожрали?!
– Ты хотела отомстить матери, и ты это сделал;.
Она была готова запомнить все, что он говорит.
"Единственное, о чем она думала, был Макс. Это его имя она выводила на оборотной стороне всех тетрадей. О нем думала, уставившись пустым взглядом на доску. Обязательно звонила ему утром, отправляясь в школу: «Позовите Макса.
