В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
Раздел Chitat.online для книги «Каждый за себя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
То, что память наложили топорно, так «Виндзор» и по психопрограммам откровенно слаб. Ты — хорошая загадка. Будем искать дальше, — Керро подмигнул. — А «Мариянетти» не любят за ряд инцидентов, связанных с биологическим оружием. Доказать причастность не смогли, но пообещали, если повторится, разнести на хрен все известные объекты. Инциденты прекратились. Но остальных корпов «жопы» тогда крепко напугали.
— Я не помню, что там происходило, — глухо сказала Айя. — Помню только, что это было очень больно. И не вырваться.
Она допила воду:
— Голова гудит…
— Чего вспомнишь, расскажешь. А сейчас я спать. Ты как хочешь.
— Я поем, — сказала она и спросила: — Можно?
— Да сколько влезет…
Пока Айя шуршала в кладовке, отыскивая то, что поможет ей утешиться в скорби, Керро успел вырубиться. Это было весьма кстати, потому что при нем девушка испытывала сильную неловкость. И не могла понять, какой именно части ее сознания в компании с этим человеком не по себе — корпоратской или секторской? Занятная тема для размышлений, особенно если учесть, что корпоратская основа была ложной, а секторская — стертой.
Никогда в жизни Айя не чувствовала себя такой одинокой. Причем одинокой даже не оттого, что одна, а оттого, что сама себе чужая, сама не знаешь, где начинаешься ты, а где ложь о тебе. Где заканчивается программный вымысел, а где вдруг открывается истинная память.
Где ее жизнь? Хоть какая-то часть! Детство, родители и автомобильная авария — просто чья-то пошло сгенерированная фантазия, внедренная в мозг. Получалось, единственная сохранившаяся в памяти реальность — учеба в корпоративном интернате. Но что было «до»? Что-то же было? Были ведь у нее отец и мать, как-то же она выросла! И как-то попала в эту… в эту… жопу. В квадрате. Айя уткнулась лицом в ладони.
Ее память прорывалась рефлексами в реальности и кошмарами в снах. Первое было слишком странным, чтобы ему радоваться, второе — слишком страшным, чтобы его желать.
Девушка доела консервы, убрала со стола пустые банки, ополоснула ложки. И еще какое-то время сидела, слушая потрескивание огня в печке. Думать о себе как о биологическом лабораторном материале без понятного прошлого да к тому же с туманным будущим было тошно. Поэтому Айя махнула на все рукой и забралась в спальник, в надежде, что «жопа в квадрате» ей не приснится.
День третий
А, может быть, и не было меня?
Группа «Пикник»"
"Джед Ленгли работал на корпорацию «Виндзор» уже двадцать пять лет.
