В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
Раздел Chitat.online для книги «Каждый за себя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В мире, где корпорации обещают процветание, остаются забытые люди по ту сторону стены Периметра. Герои романа должны выжить в Зоне отчуждения, где каждый борется только за себя, разоблачая ложь о светлом будущем и узнавая правду о цене корпоративного порядка.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ну, всякая мелочь по-разному: «Девять жизней» людей набрали, укрепились, а, скажем, помойка на третьей радиальной закрылась — хозяин все запасы заныкал и на дно лег.
— Хватит, это уже надиктуешь по выходе, оно пока не сильно важно. Что со связистами?
— Су Мин два часа назад пришла в «Нору» с каким-то мужиком не из наших. Тот это чужак или нет — не знаю, а чел, который инфу сообщил, того чужака не видел, поэтому подтвердить не может. Там же, в «Норе», корейские бойцы — пять или шесть троек. Остальные сидят в высотке и не высовываются.
— Ясно. Теперь самую неважную новость расскажи, — Ушлый расслабленно откинулся на спинку кресла.
Рамон замялся, а потом вдруг просиял и ухмыльнулся:
— Перед логовом Бивня написали: «Бивень — баклан». Бивень почему-то вышел с автоматом и расстрелял по надписи весь магазин.
Ушлый хохотнул:
— Вот вредная баба! — после этого бонза повернулся к Батыю. — Не вовремя это всё завертелось. Надо гасить. Кого из двоих оставляем?
— Патлатого, — помощник не задумался даже на долю секунды — явно ждал вопроса и давно решил, каким будет ответ. — Во-первых, Бивень уже почти неуправляем, а значит, свою полезность исчерпал, — Батый вскинул руку, упреждая возражение авторитета, и продолжил: — Им все труднее манипулировать, и максимум через год он слетит с нарезки. Тогда валить его придется уже нам самим.
— А во-вторых? — Ушлый вроде обращался к собеседнику, но Рамону почему-то казалось, будто бонза ждет ответа от него.
— А во-вторых, — Батый усмехнулся, — в секторе есть такой симпатичный и очень сексапильный фактор, благодаря которому нам мараться о Бивня не потребуется.
— Верно. Но, чтоб Патлатый не борзел, ему нужно подбросить конкурента, — Ушлый выпрямился и слегка подался вперёд — упёрся локтями в стол, сцепил пальцы. — Амиго, — бонза поставил подбородок на сцепку и впился в молодого пронзительным взглядом, — а ты, например, хочешь стать четвёртым бонзой сектора? Первый год поддержим, поможем и всё такое.
— Нет, — не задумываясь, ответил Рамон.
— Обоснуй, — собеседник чуть прищурился.
— Во-первых, не справлюсь — авторитета не хватит.
Ушлый благосклонно кивнул, признавая весомость довода.
— А, во-вторых, — сказал чикано, — помощником бригадира у тебя быть зачётней и перспективы по любому лучше.
— Аргументируй, — казалось, бонза смеётся про себя.
— У тебя мало точек, а людей, денег, оружия, да всего — куда больше, чем у Бивня и Патлатого, значит, ты живешь не с земли, а с чего-то другого. Или с корпами ведешь дела, но это вряд ли, или с межсекторалами. И потому я лучше буду с тобой.
— И многие в секторе так обо мне думают? — будто мимоходом поинтересовался собеседник.
— В секторе вообще мало кто думает. Так что немногие.
