В сердце заброшенного района тридцать семь восемнадцатый, где воздух несомненно вонял отходами и трупами, группа «Чайф» отправляется на очередную миссию. Каждый из них движится за собственными интересами — даже когда кажется, что больше всего на свете хочется уйти с этого сковывающего сердце места....
— А цена этих сверхспособностей? Я имею в виду не деньги, а здоровье. Какова цена? Ты просто проваляешься, и всё, или?..
— И всё. Планов дожить до ста у меня нет.
— Это в каком таком смысле? — насторожилась девушка и с ужасом произнесла: — То есть ничего не «и всё»?!
— «И всё», значит — и всё, — отрезал собеседник, но снова прервался, прикрыв на мгновение глаза. — Организм, конечно, изнашивается… ну, так от пули он вообще портится на месте. А тут… вполне можно подлататься. Были бы деньги и правильные знакомства.
Айя вздохнула:
— И это расплата за то, что мы свернули в переулок, из которого нельзя было уйти вдвоем, а ты это не предусмотрел? Верно?
— Да. Добро пожаловать в реальный мир.
— Хватит язвить, а то воды не дам больше, — огрызнулась девушка и отодвинула стакан, чтобы угроза показалась реальной. — Я в этот реальный мир погружаюсь уже неделю без остановки. И каждый раз, когда мне кажется, что глубже уже некуда, ты в очередной раз великодушно говоришь «Добро пожаловать».
Он слабо, но беззлобно усмехнулся, провожая стакан взглядом, и сказал:
— Если бы я тебя в том переулке оставил… или не справился… то ты даже с помощью тех отморозков не нырнула бы до самого дна… так… до серёдки.
Она снова взяла стакан в руки и сказала с грустной улыбкой:
— Ладно, тогда уж пей ещё. Не хочу даже представлять, каким может быть здешнее дно. А это, кстати, что за место?
— Бункер. Старый. Ещё до Второй Корпоративной построен. Я тут несколько лет назад… убитого корейца нашёл неподалеку.
Айя зевнула и потерла глаза.
— Я там сублимат заварила. Ты с утра ничего не ел. Он жидкий. Бульон.
Керро кивнул. Девушка взяла стоящую в стороне термокружку и свинтила крышку.
— Не горячий, можно сразу пить, — пояснила она, снова помогая собеседнику приподняться. А пока он глотал, сказала с горечью: — Блин, ты такой продуманный всегда.
Айя вздохнула и уткнулась носом в короткостриженую макушку, не желая продолжать мысль. У неё завтра двадцать секунд на то, чтобы успеть. И если не удастся уложиться в этот гадский норматив, то для неё всё закончится. Навсегда. Не будет часовой бомбы замедленного действия в голове, не будет этого бездонного в своей поганости мира, не будет изматывающей усталости… На это-то плевать.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)
