Спустя долгое время после унывающего партсобрания, я вернулся домой с мыслями о бесконечных партийных ритуалах. Думал ли бы я в тот момент о белом конверте, если бы послушался внутренней тревоги? Возможно, это спасло бы меня... Или нет? Но все равно решил рассказать об этом без эмоций, как следует. Вот он, конверт — чистый и невинный, словно новый день, начинающийся в череде недавних собраний....
Похоже, «Казнить нельзя помиловать» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Иван, у тебя мобилка с собой? Позвони со своего, а? Мы же поругались! Она может не ответить, если увидит мои номер или наш домашний..
Я выполнил просьбу, однако абонент не был доступен и мне. Позвонили на работу - охранник сказал, что все давно ушли.
- Беспокоишься? - поинтересовался я, не в силах скрыть легкого ехидства. - Ты же хотел, чтоб она исчезла... Олег, я пойду, ладно? Придет она, никуда не денется. Не переживай
- Может, посидишь еще? Мне что-то хреново, - сказал он с умоляющей интонацией.
Мне совсем не хотелось присутствовать при том, как он начнет мучиться угрызениями совести: зрелище тяжкое и неприятное.
- Ну, иди, иди, - Олег тяжко вздохнул. - К ней, небось, пойдешь? Хорошо тебе - свободный... Пришел - ушел... Прикинь, Танька меня еще к ней приревновала. Дурдом!
- Ты про Марину? - сообразил я. - Без оснований приревновала?
- Как тебе сказать? - ухмыльнулся Олег.
- С чего ты взял, что она со мной?
- Танька насплетничала. Так за деньги или нет?
- Да, - сказал я. - Конечно, за деньги. Без денег ее от нашего брата тоже тошнит.
Домой я нарочно медленно шел вдоль маленьких прудов, чтобы в голове прояснилось. Фонари и фары светили мутно сквозь снежный дым. Дышать было трудно, словно груз с неровными краями давил мне на грудь.
...декабря 200... года, среда
""Рафаэль, выстрелив наудачу, попал противнику в сердце и, не обращая внимание на то, что молодой человек упал, быстро вытащил шагреневую кожу, чтобы проверить, сколько стоила ему жизнь человека. Талисман был не больше дубового листочка"".
Оноре де Бальзак. ""Шагреневая кожа""
Родина снилась мне, малая родина: корабли, сопки, горбатые улицы, океан как темное стекло. Повалялся в постели, помусолил ""Кладбище домашних животных"". Кафка великий гений, а Стивен Кинг - просто хороший макулатурщик; тем не менее, а может, именно вследствие этого, мир Кафки не может воспроизвести никакая реальность, а вот соскользнуть в мир Кинга легче легкого, я еще в юности это почувствовал.
