— Когда ты его купил?
— На днях, после физиотерапии, — ответил он, настороженно наблюдая за мной. — Ты злишься на меня за это?
— Нет, я не сержусь, — выдавила я, чувствуя головокружение. — Но я не могу принять это. — Я опустила взгляд на телефон, который, как я прекрасно знала, должен был стоить по меньшей мере пару сотен евро. — Это слишком дорого. — Я прерывисто вздохнула. — Слишком дорого.
— Это твое, — сказал он. — Так что просто положи это в карман и не пытайся отправить меня домой с розовым телефоном. — Ухмыльнувшись, он добавил: — Гибс никогда не позволит мне дослушать это до конца.
— Но ты не обязан был делать это ради меня…
— Я собираюсь многое сделать для тебя, Шэннон. — Взяв телефон у меня из рук, Джонни сунул руку под джемпер и сунул телефон в карман рубашки. Его пальцы коснулись моей груди, и я вздрогнула. — И я собираюсь купить тебе много всего. — Он отступил на шаг, не сводя с меня глаз, и безропотно пожал плечами. — Справедливое предупреждение.
— Но мне не нужны подарки. — Я прижала руку ко лбу, чувствуя себя взволнованной и напряженной, поскольку тяжесть телефона в моем кармане тяжелым грузом ложилась на мою совесть. — Я не из тех девушек, которые стремятся получить от тебя все, что могут, Джонни. Я не Белла, — добавила я, умоляя его глазами поверить мне. — Ты просто нужен мне.
— Я знаю это, Шэннон, — ответил он, нахмурившись. — Господи, даже не думай так.
— Я ничего не могу дать тебе взамен, — выдавила я, повторяя ему то же самое, что говорила на прошлой неделе, молясь, чтобы он услышал меня. — Мне нечего дать тебе взамен.
— Ты можешь мне позвонить.
— Звонок?
Он ухмыльнулся. — И ты можешь написать мне.
— Будь серьезен, — взмолился я.
— Да. — Он шагнул ближе. — Я так чертовски серьезно отношусь к тебе.
О боже…
— Мне нужно иметь возможность поговорить с тобой. — Опустив руку на мое бедро, он притянул меня ближе. — Знать, что с тобой все в порядке. — Прерывисто выдохнув, он согнул пальцы, заставляя меня гореть от незнакомого желания. — Я не могу быть дома, не зная, что происходит в твоей жизни. — Его глаза потемнели, когда он сказал: — В твоем доме.
— Джонни…
— Я не могу с этим справиться, Шэннон, — прошептал он. — Ты понятия не имеешь, насколько у меня от всего этого мутится в голове, когда я не знаю, вернулся ли он и в безопасности ли ты. Каждый раз, когда я думаю о тебе в том доме, я впадаю в слепую панику. Я буквально свожу себя с ума, обдумывая все наихудшие сценарии, пока не увижу тебя снова.
— Но сейчас я в порядке, — поспешила я успокоить. — Да.
— Возможно, — тихо ответил он. — Но мне все еще нужна связь.
— Телефон, — вставил я.
— Да. — Он переминался с ноги на ногу, выглядя смущенным.