— Я так сильно хочу тебя, что больше не могу ясно мыслить.
Восхитительная дрожь пробежала по моей спине, и я прижалась к нему, давление в моей груди было слишком сильным, чтобы выдержать, его слова уводили меня дальше по темному и ужасающему пути, по которому я шла с ним. — Джонни?
— Да, Шэн?
— У меня дома никого нет до шести. — Сердце бешено колотилось, я откинулась назад, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты не хочешь зайти?
Его глаза потемнели, а хватка на моей талии усилилась. — Сейчас?
— Сейчас, — подтвердила я, затаив дыхание.
— Мне следовало припарковаться дальше по улице? — Спросил Джонни между поцелуями, когда, спотыкаясь, вошел в мою спальню, а я обвилась вокруг его тела. — На случай, если твоя мать или Даррен вернутся раньше?
Покачав головой, я повернулась и захлопнула дверь своей спальни, прежде чем повернуться, чтобы прижаться губами к его губам. — Забудь о них, — подбодрила я, тяжело дыша, когда прижалась бедрами к его талии. — Отключи свой мозг.
— Ах, черт, — простонал он, преодолевая небольшое пространство от моей двери до моей кровати. — Из-за тебя меня убьют, не так ли? — Его голени ударились о основание кровати, а затем мы упали на матрас, причем Джонни тяжело приземлился на меня сверху.
Повозившись на своей маленькой односпальной кровати, я выбралась из-под его большого тела и оседлала его бедра. Чувствуя себя победительницей, я взяла его руки в свои и завела их у него над головой, вдавливая в матрас. — Попался.
Зарычав, Джонни резко дернул бедрами, заставляя меня упасть ему на грудь. — Попалась, — промурлыкал он, прежде чем завладеть моими губами своими. Я чувствовала, как бешено бьется пульс в моих венах, когда моя кровь превратилась в лаву, а моя решимость таяла с каждым движением его языка.
— Послушай, я не хочу подталкивать тебя к тому, к чему ты не готова, — сказал он мне в губы. — У меня две руки и превосходное воображение, наполненное образами тебя. — Держа мое лицо в своих ладонях, он откинулся назад и уставился на меня. — Я могу подождать.
Я уставилась на него, чувствуя в этот момент больше, чем за всю свою жизнь. Я чувствовала, как его сердце бешено колотится в груди, как птица в клетке, трепещущая в такт моему. Не в силах сформулировать связное предложение, я потянулась к подолу своего школьного джемпера и стянула его через голову, прихватив с собой школьный галстук. Глаза Джонни потемнели, когда я потянулась за своей белой блузкой, неуклюже расстегивая пуговицы.
— Не надо… — начал он, но его слова превратились в болезненное рычание, когда я позволила блузке упасть с плеч. — Господи, — простонал он, его голодные глаза блуждали по моему телу. Его язык скользнул по нижней губе, в то время как его взгляд оставался прикованным к моему телу.