В командировке: вторник, 10 часов 32 минуты. Наташа передает свою неловкость боссу Виктору Григорьевичу. Атмосфера напряжена и враждебна, ощущается недовольство и харассмент. Моя роль - исполнить приказы из уважения к должности, не показывая своего истинного мнения.
Ты же ведь не хочешь повторить это? Тем более, на этот раз ты можешь не пролететь так удачно мимо столба.
Ответить ему было нечего и я просто отвернулась. Боже, как я его ненавидела! Самый натуральный скот! По дороге в Питер ничего не случилось. Я как примерная пай-девочка сидела рядом с ним, стиснув колени и положив на них ладошки. На всех, кто попадал в поле моего зрения, смотрела удивлённо-наивным взглядом деревенской лохушки, попавшей с перепугу в огромный мегаполис. По-моему, этому негодяю понравилась такое моё амплуа.
"В Петербурге мы провели целый день, в какой-то халупе. Я опять полдня просидела под замком. Мерзавец лишил меня свободы, при этом уверял, что это в моих же интересах безопасности. Я смотрела на себя в обшарпанное зеркало и ненавидела весь белый свет. Терпеть не могу быть рыжей! Когда вечером он появился, как обычно с пакетом продуктов, я высказала ему всё что только можно.
- Хорошо, завтра ты перестанешь быть рыжей. Но до утра ты ей будешь.
- Почему до утра?
- Потому, что всегда хотел поиметь рыжую.
Я хотела возмутиться, но он мне не дал, заткнул мне рот своими губами и завалил на постель. Пришлось смириться, так как он, между делом, говорил мне не слова любви, как у всех нормальных влюблённых, а опять про чёртову ""Бентли"" и домик у моря. Я уже начинала ненавидеть эту марку машины и все приморские города!
Ночью хотела принять душ.
Самое что странное, Игорь сильно не ругался. Сказал, когда мы уходили дворами, что, что-то в этом роде он ожидал, поэтому у него есть запасной вариант. Эта квартира была более цивилизованнее, чем та, из которой мы сбежали.
