Серебряная Луна печально вдыхала, в очередной раз наблюдая мир под собой. Судьба жестока к ней — день за днём, век за веком, она вынуждена заменять Солнце каждую ночь, чтобы глупые маленькие существа не остались без света. Как же ей надоело…
Луна лениво разливала своё сияние на белоснежное покрывало Долины Холмов. Где-то натужно завыл волк, воспевая её красоту.
— Волки воют, — Кенни поёжился. Он сидел у окна, перед ним были разложены необходимые инструменты: кинжал, деревянная миска для крови, бинты, два Жёлтых Червя, два Красных, два Белых.
Двух Прана-червей: Жёлтого и Белого, пришлось стащить из аптечки Криса. Но ничего, взамен дед получит Радужного, обмен стоящий.
«Готов?» — Старый Лун был в нетерпении.
— Дедушка Лун, — Кенни замешкался. — Мне надо кое о чём вас предупредить. Вам лучше не оставаться со мной надолго. Вы же видели, как на меня напали. И убийцы продолжат нападать. Вам опасно быть рядом.
«За кого ты меня принимаешь⁈ — серебряная часть червяка возмущённо дёрнулась. — Пока я рядом с тобой, можешь считать себя бессмертным! Никто и близко не сможет подойти!»
— Да? — Кенни с сомнением скосил глаза наверх.
«Конечно! Но как только я уйду, тебе придётся справляться самому!»
— Мне надо стать сильнее! — Кенни решительно сжал кулак и медленно взял кинжал.
Ира уже с трудом сдерживалась, чтобы не заговорить. Она прекрасно понимала, зачем Кенни сказал Старому Луну про опасность. Брат ей говорил: с червяком я в безопасности, иди в Мир Духов, не надо тебе на такое смотреть.
Но Ира отказывалась. Она будет с ним до конца.
«Готов?» — Старый Лун с трудом сдерживал нетерпение.
— Да, сейчас, — Кенни прикрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул. Его немного потряхивало.
— Начинаю! — Кенни приподнял стопу над миской и решительно срезал мизинец.
Игнорируя вспышку боли и накатывающие слёзы, он быстро достал Белого Червя и положил его на рану. Червь растворился в кости Кенни, острая боль резко сменилось тупой и ноющей. Кенни вынул из капсулы Жёлтого Червя и тоже положил на рану. Червь растворился, покрыв разрез оранжевой корочкой.
Белый для костей, Жёлтый для плоти и кожи. Вдобавок, оба червя уменьшали боль.
Кенни тяжело дышал, всё его тело было покрыто потом.
«Крови маловато накапало», — деловито заметил Старый Лун.
Ира рыдала бы, будь у неё тело. Она всей душой возненавидела червяка.
Кенни, чтобы не оттягивать, вытянул левую ладонь и срезал мизинец.
Палец со шлепком упал в миску, из обрубка полилась кровь.