В этом таинственном тексте мы с вами будем путешествовать между двумя переплетающимися жизнями – Кентийским принцем и его приемным сыном Алексом, обремененным загадочными мистическими способностями. Две судьбы, скрещенные воедино, в одночасье изменят ход истории и не позволят забыть о своем настоящем фамильном происхождении....
Как могут эти снобы, ничего собой не представляющие и не умеющие, так говорить об ее Алексе, да и вообще о кентийцах? Почему ее дед, герцог, совершенно по-другому относится к ним?
В кабинете она предложила канцлеру сесть и распорядилась принести ему охлажденного вина, а себе травяного отвара. Потом открыла красивую шкатулку и протянула острую палочку князю.
– Попробуйте этим писать, – и протянула ему прекрасный белый лист бумаги с золотым императорским гербом, вверху слева.
Он попробовал, сначала не получилось, но потом буквы стали выходить ровные и красивые, писать получалось быстрей и ровней, чем гусиным пером.
– Что это такое?
– Это перо для письма изобретено кентийцами, изготовляет их Алекс.
– А откуда такая бумага? – спросил канцлер, хоть уже знал заранее ответ.
– Это делают мастера Алекса в любом количестве, в Торвале, он поставляет ее королевской канцелярии, и та издала указ, что все прошения и жалобы принимает только на таких листах. Стоимость его одна медяшка. Поставляет он королю партиями, по пять медяшек за десяток, раньше было чуть дороже.
Канцлер быстро посчитал доход и удивился.
Алексия продолжила:
– А вы вчера слышали музыку?
– Да, великолепная мелодия.
– Это тоже кентийская музыка, называется «Прощание с идущим на битву». Вот еще, возьмите, почитайте, – и она достала из стола книгу в кожаном переплете с тисненой надписью «История рыцаря. Один за всех и все за одного». – Вам должно понравиться. Кстати, вы не видели еще их театра… Извините, князь, но по сравнению с ними это мы варвары, а чтобы как-то самим перед собой оправдаться, мы и начали травить их и унижать.
– А если не получится, если знать не примет его?
– Выйду я за него в любом случае, только императора вам придется выбирать нового, – и она горько усмехнулась. – Вам рассказать, что тут будет, или сами догадаетесь?
Канцлер прекрасно понимал, что опять начнется в империи: на трон полезут все, кто захочет.
– Не обижайтесь, князь, но вытащить страну из той ямы, в которой она сейчас, думаю, сможет только Алекс, не сам, а с вашей помощью и помощью преданных трону людей. И думаю, вам стоит поработать в этом направлении… Вы же умный человек, все сами видите и понимаете.
