Автор
Я с удовольствием возвращаюсь домой после учебы, и снова видимость ничуть не изменилась. Мама уже ждет меня у входа, сияющая от радости за каждое слово, а позади — тётя Клава, которую я знала еще с малых лет.
Запил и забил болт не только на свою жизнь и жизнь дочери, но и “положил” большой и толстый на весь свой бизнес. Как сейчас помню тот день, когда я застал его бухим в хлам. Отобрал всё пойло, вылил его в унитаз. А самого Самойленко искупал под холодным душем. Тогда он меня материл трёхэтажным матом. Мол, какой я сукин сын, мешаю ему бухать и гробить свою жизнь. Потом, конечно же, он был благодарен мне за этот поступок. Правда, в тот день, сопротивляясь, Мирослав неплохо махал кулаками и зарядил мне пару раз. Сломал нос, оставив на память небольшую горбинку на переносице.
Пробежавшись внимательным взглядом по экрану ноутбука, забиваю себе в телефон первостепенные задачи на сегодня: выяснить причину арестов, и в максимально короткие сроки добиться отправки контейнеров с зерном.
Перед тем как я собираюсь уйти Мирослав решает спросить меня о личном. Мне не очень хочется говорить на эту тему, но оставить без ответа человека, которому я обязан своей жизнью — просто не могу.
— Эмин, что у вас произошло с Ярой? — смотрит пронзительным взглядом, следит за моей мимикой.
— Ничего, — выдерживаю взгляд Самойленко.
— Мне кажется, нет, я почти уверен, моя дочь влюбилась в тебя.
— Я должен это как-то объяснить? — вздёргиваю бровью.
— Да, нет. Просто подумал, что она тебе что-то говорила. Ну не верю я, что Ярина сбежала к бабушке в столицу из-за того, что поругалась со своими подружками. Она приезжает каждое лето и до конца августа живёт у меня. Вот я и подумал, что Яра перешла черту, а ты ей сказал: держаться от тебя подальше.
— Приблизительно так и было.
— Значит, я оказался прав.
— Как всегда, — натянуто улыбаюсь. — Я могу идти, Мирослав Николаевич?
— Можешь.
Кивнув, выхожу из кабинета. Ощущаю неприятный осадок после откровенного разговора с Мирославом. Возможно, зря я это всё. Не хочется, чтоб Ярине досталось от отца из-за меня. А с другой стороны, всё к лучшему. Чем быстрее девочка разобьёт свои розовые очки, тем будет лучше для неё. Влюблённость приходит и уходит, а близкие связи остаются.
Ярина
— Ба, я вернусь поздно. Меня не жди и ложись спать, — кричу бабуле из коридора и считаю секунды, дожидаясь ответа.
Старушка шумно приближается, шаркая тапками по гладкому линолеуму. Расправив юбку и поправив волосы, готовлюсь встретиться взглядом с бабушкой.
