А головная боль имеет место уже сегодня… Ну, хорошо, — предупреждая протестующий жест Юджина, Уолш поднял руку. — Этот риск, возможно, оправдан. Потому я, собственно, и принял твое предложение. Но разрешать контакты с человеком, уложившим половину нашей аргентинской резидентуры, не полномочен даже я. А чтобы идти с этим к боссу, я должен иметь в папке мотивацию. Такую серьезную и обоснованную, чтобы уже он взял на себя ответственность за прямые контакты офицера ЦРУ с террористом. Ты это понимаешь, парень?
— Я тебе запрещаю с ним встречаться, Юджин! Оперативный отдел уже проанализировал его предложение. Мишина все равно рано или поздно возьмут.
— Интересно! — Уолш посмотрел на подчиненного поверх узких очков для чтения. — Откуда такие пораженческие настроения?
— Мишин совсем не так прост.
— Брали и более крутых.
— В конечном счете, чем мы рискуем? — Юджин встал. — Я что, предлагаю ему вручить Нобелевскую премию мира? Или отправить в отпуск на калифорнийское побережье? Он — убийца и должен понести наказание. Но если он сам предлагает игру, возможно, это даст нам какие-то преимущества, а? Тем более что он много знает. Его наверняка загнали в угол.
— Как по-вашему, сэр, Мишин в Штатах?
— Не думаю. Скорее, где-то в Европе. Во всяком случае письмо отправлено из Парижа. Хотя три дня — срок вполне достаточный, чтобы добраться сюда. Возможно, он уже здесь, вон в той телефонной будке через дорогу, — Уолш показал большим пальцем за спину.
— Но не в Москве, так ведь?
— Почему он не в Москве?
— Мало ли… — Уолш сделал неопределенный жест сигарой. — Новое задание, какие-то интересы…
— Зачем ему понадобилось входить с нами в контакт?
— Ты не тому задаешь вопросы, парень! Моя фамилия не Андропов!
— У Мишина наверняка серьезные проблемы, — как бы разговаривая с самим собой, продолжал Юджин. — Иначе он давно бы уже инструктировал молодых убийц в Высшей школе КГБ.
— У него нет козырей играть с нами, Юджин!
— А если есть? Что мешает нам проверить это? Отсрочьте на какое-то время смертный приговор. Если даже политики идут изредка на компромисс с врагом, почему бы контрразведчикам не делать то же самое, а? Дайте мне возможность встретиться с ним. В конце концов, чем мы рискуем?
— Если не считать перспективы получения на руки шестого трупа, то ничем. Единственное утешение, Юджин, что хоронить тебя будут в форме офицера морской пехоты. Так что выглядеть будешь как огурчик. Вот мать порадуется…
— Сэр, Мишин — профессионал! Если он затеял столь рискованное предприятие, как переписка с ЦРУ, то ему нужны переговоры, диалог с нами, а не стрельба по тарелочкам.
Уолш поморщился и ткнул горящий кончик сигары в металлическую пепельницу, искусно сработанную под противопехотную мину времен второй мировой войны.