— Мне совершенно непонятно, зачем и в качестве кого вы отправляете со мной редактора?
— Ну, во-первых, он ваш непосредственный начальник…
— Простите, я уже и забыла, что работала в газете.
— И совершенно зря! — Тополев грозно посмотрел на потомка Батыя, собравшегося было закурить. Тот моментально спрятал папиросу. — Что же касается вашего попутчика, то он нам нужен в оперативных целях.
— Вы уж простите, товарищ подполковник, но я заканчивала факультет журналистики МГУ, а не Высшую школу КГБ, и потому плохо представляю себе, что значит «оперативная цель».
— Мы полагаем, что вместе с ним ваше пребывание в Амстердаме будет выглядеть более естественным.
— Для кого? Для меня? Для Интерпола? Для принцессы Беатрикс?
Потомок Батыя сморщился. Вначале мне показалось, что он хочет чихнуть, но через мгновение я догадалась, что это улыбка.
— Для Мишина, — глухо отозвался Тополев. — Еще вопросы есть?
— О чем мне говорить с ним при встрече?
— Простите?.. — даже зная ненависть Тополева к юмористическим экзерсисам, я подумала, что он острит. — Как это ни о чем?
— Очень просто, Валентина Васильевна. Если вы встретитесь с Мишиным, — а для этой цели мы, собственно, и проводим всю операцию, — разговора у вас не получится. Максимум, на который вы можете рассчитывать, — это услышать от него слова приветствия.
— А потом мы вручим ему благодарственное письмо от имени коллегии КГБ СССР и пожелаем подполковнику Мишину крепкого здоровья и плодотворной деятельности на пенсии.
— А если он догадается и перед этим отправит на пенсию меня, тогда что?
Я не шутила, этот вопрос действительно волновал меня. Надо было знать Мишина с его звериными глазами и кошачьими повадками, чтобы так вот запросто поверить, что он позволит вручить себе «благодарственное письмо» от бывших коллег, не обменявшись при этом любезностями.
— Что тогда? — задумчиво переспросил Тополев. — Тогда ваш бывший возлюбленный совершит акт гражданского самопожертвования и примет вместо вас, Валентина Васильевна, пулю от изменника Родины. Нравится вам такой вариант?..
Небеса. Авиалайнер компании «KLM»
…Он спал под мерный рокот реактивных двигателей, подложив ладонь под щеку и временами причмокивая, словно младенец, ищущий во сне соску. Это удивительно, до чего даже самые мерзкие мужики становятся невыразимо очаровательными и беззащитными, стоит им только уснуть.