Ему вспомнился лес, и девушка, которую он спас. Девушка… его гатжо.
Рука сама взметнулась в воздух и сделала замах. Прежде, чем Гектор успел сообразить, что происходит, Блэйр со всех сил метнул секиру, и та, пролетев пару метров, угодила мужчине в череп. Сражённая таким поворотом событий толпа взвыла. Блэйр наблюдал за тем, как тело его расхваленного соперника падает в песок. Уж в чём, а в метании топоров он был хорош. Окажись у него в руках меч или кинжал, схватка могла быть проиграна, но толпа ликовала и скандировала его имя. Ещё один бой позади. Время выдохнуть.
Оказавшись по ту сторону стены, Блэйр осмотрелся в поисках Хаары. Ему хотелось поговорить с ней, но тело сковала тревога, когда мужчина обнаружил девушку лежащей на скамейке. Над нею склонился Рамерий и брызгал водой в бесцветное вспотевшее лицо. Блэйр заметил, что бок девушки зажали клочком серой тряпки, успевшей напитаться кровью. Бросив оружие, он поспешил к Хааре.
Стражник поднял голову и обернулся. На его лице читалось участие.
— Значительная кровопотеря. Переборщила она с резкими движениями, ранение серьёзное. Может до следующего боя и не протянуть.
Рамерий отрицательно качнул головой. Сердце Блэйра мучительно сжалось. Только не такая смерть… Хаара заслуживала большего хотя бы потому, что сумела победить, продержаться до самого конца. Он смотрел на побледневшую, не приходящую в сознание девушку, а в голове его предательски звучал голос Джавахи.
— Ты хотел меня видеть. Что за срочность? — Арравел нахмурился и скрестил шершавые пальцы в замок. В комнате витала прохлада, и мужчина мысленно выругал себя за то, что не захватил горячительного напитка. Не любивший разговоры Блэйр на этот раз тут же пустился в объяснения.
— Та девушка, Хаара, ранена и не приходит в себя. Пусть Эфей поможет ей, пока не поздно.
Мужчина вопросительно приподнял брови.
— Давай по порядку, друг, иначе вгонишь в заблуждения. Если я правильно понял, речь идёт о блондинке с арены? Ты просишь помочь сопернице? Что за вздор?
— Она истекает кровью.
— Ну и пусть. Чем меньше веларов на турнире, тем ближе ты к свободе.
— Нет! Она не должна умереть сейчас!
— Почему? — спокойный тон лорда выводил Блэйра из себя. Как объяснить ему да и себе причины столь благородного порыва? — Мне чуждо твоё беспокойство. Что его порождает? Жалость? А если бы ты сражался с ней?
Мужчина замялся. В голове смешалось всё: слова Джавахи, Канутуса, его собственные выводы. Всё превратилось в бессвязный назойливый вихрь.
— Она победила сегодня и заслужила ещё нескольких дней жизни. Так было бы справедливо…
— Так пусть живёт, разве кто-то препятствует?
— В тюрьме не выжить без помощи. Мы оба это понимаем.