— Что же, — негромко сказал Канутус, обратившись к Блэйру, — это будет славный бой, но пощады не жди. Я твой противник.
Хааре показалась, что это был укор в её сторону. Почему мужчина сразу сосредоточился на Блэйре? Её до сих пор не воспринимают всерьёз?
Велары разбрелись по парам, знакомясь со своими временными союзниками, как вдруг вновь послышался голос:
— Выйти с арены смогут двое или один! Но есть одно условие: убитая пара. Пока кто-то из противников жив, бой будет продолжаться, это понятно?
— Понятно, — отозвались мужчины хором.
— Не переживай, справимся, — заметив напряжённое лицо Хаары, сказал Блэйр. Девушка удивлённо взглянула на него.
— Не воспринимаешь меня как соперника.
— Пока что мы союзники.
— Мы соперники, Блэйр. Будем ими, пока мы на этой арене, но дело даже не в этом. Думаешь, я ничего не замечаю и не слышу? Все эти люди сомневаются во мне, считают меня слабым звеном, и ты в том числе. Разве не так? Ирга, Бран… они меня ни во что не ставили, и где они теперь? Сколько глоток мне нужно перерезать, чтобы на меня начали смотреть, как на равную, а не как на нелепую ошибку? Вот ответь, что доставило бы тебе большее расстройство: бой со мной или против меня?
— Против. Не потому, что я считаю тебя недостойным соперником, а потому что я не желаю тебе смерти.
Отчасти Блэйр покривил душой. Девушка усмехнулась.
— А кому желаешь? Если трезво смотреть на вещи, среди нас нет настоящих врагов, тех, чьи жизни мы бы действительно хотели отнять. Однако мы боремся и убиваем друг друга, потому что только так можно отсюда выбраться. Этот мужчина… Канутус, он ведь твой друг, я постоянно вижу вас вместе. Бой против него вызывает у тебя отвращение? Жалость?
Блэйр выдержал паузу, затем сделал вдох.
— У меня нет друзей. Канутус хороший воин, приятный человек. Сражаться с ним для меня честь.
— Вот, — акцентировала девушка, — видишь, в чём разница? Бой с ним для тебя честь, а со мной — позор. Мужчинам так свойственна самоуверенность. Зачастую вам кажется, что вы герои, что от вас ждут защиты, подвигов. Но разве я, Блэйр, похожа на девушку, которая не может себя защитить?
— Я не говорил подобного.
— Откуда тебе знать, о чём я подумал? Чего добиваешься этим спором? Я сказал тебе не переживать в попытке ободрить, поддержка не чужда любому воину, а ты уже обвинила меня в том, что я с тобой не считаюсь. Может, хочешь одна биться против двоих? Покажешь, что ты стоишь выше нас, самоуверенных героев. Вперёд. Я за руку держать не буду.
К лицу Хаары привалил жар. Ей показалось, что она сморозила глупость, а осадивший тон Блэйра вызвал скребущие чувство раскаяния.
— Я… не ставила себя выше кого-то.
— А я тебя не принижал.
Хаара почувствовала, что не может найти подходящих слов.