Я не позволю сорвать праздник, слышишь?
– Праздник, – невесело усмехнулся Митя. – Вы должны объявить траур по убитой девочке, которую нашли сегодня, а не праздники устраивать.
– Заткнись! Замолчи! – заорал Абрамов. – Я тебе еще раз говорю: ничего не происходит! У меня все под контролем. А если ты еще раз откроешь рот, я тебя уничтожу! Понял?
От потрясения у Абрамова округлились глаза.
Митя, тысячу раз читавший в беллетристике описание этого феномена, впервые увидел его вживую. Глаза действительно стали круглыми, будто теннисные шарики. Вдобавок тесть лишился дара речи. Губы Абрамова нервно вытягивались, кривились, складываясь дудочкой, но не могли сложить ни слова. Дерзкий ответ вызвал у бывшего чиновника ступор.
Митя понял, что пора завершать разговор. Он развернулся и пошел прочь.
– Эй!.. – тяжело бросил в спину Абрамов.
Междометие было полно ненависти и черной злобы. Тесть хотел что-то сказать напоследок, что-то такое, отчего эта встреча могла закончиться мордобоем, но тут у ворот раскатисто гаркнула сирена.
Митя подумал, что в отель снова пожаловала полиция. Но, оглянувшись, понял, что ошибся.
У ворот суетились охранники, открывая створки и пропуская на территорию огромный черный лимузин с мигалкой и мелькающими спецсигналами между фар. Это была не полиция, а кто-то из гостей, причем гостей крупных, потому что, увидев автомобиль, Абрамов начисто забыл о зяте и поспешил к главному корпусу.
Митя провожал взглядом полированного немца, теряясь в догадках, что за важная персона пожаловала в Istra Park. Когда лимузин скрылся за углом, Савичев развернулся и направился в сторону северного берега.
Абрамов едва успел к центральному входу, чтобы встретить гостя. Вышедший из лимузина человек остановился на ступенях и снял пиджак. Ему было за шестьдесят. Высокий, худой, с интеллигентными манерами и интеллигентным лицом, изрезанным тонкими морщинами.
Абрамов глубоко вздохнул, унимая частое после бега дыхание, и растянул лицо в улыбке.
– Герман Алексеевич! – воскликнул он, продираясь через охрану. – Я так рад, что у вас нашлось время!
– Ну, я обещал заглянуть, – ответил гость, пожимая руку. – Все-таки не чужое для меня место.
– Ваши апартаменты подготовлены. Все как обычно: минеральная вода, свежие фрукты, концерт Грига в проигрывателе – все, как вы любите. Морской окунь по-чилийски будет чуть позже, ближе к ужину.
– Надеюсь, эти апартаменты не хуже твоего пентхауза, Сережа?
Абрамов потерял дар речи.
– У вас президентский номер, – залепетал он.
