– Ты мне нравишься, я застолбил флаер, – скороговоркой бросил Кентавр. – Согласна на продолжение отношений? Но на твоей территории, а то у меня квартирная хозяйка вредная.
Я послала собеседнику воздушный поцелуй.
– Конечно, дорогой. Сексуальнее тебя только ежики.
– Кто? – занервничал не существующий в природе зверь. – При чем здесь колючие уродцы?
Ответить я не успела – к Кентавру подскочил Роман, ткнул его микрофоном в спину и зашипел:
– Шагай к номеру два.
– Я встретил супергерлу! – уперся полуконь в вязаном мешке. – Определился с кандидатурой.
– Она сладкая конфетка, – сально улыбнулся ведущий, – но тебе нужно поболтать вон с той козочкой. А к Степану кто прикатил?
– Эдуард Альбертович Розенкранц, – представился наголо бритый дядька во френче защитного цвета.
Роман, пинком направивший Кентавра к сочной блондинке в красном, поморщился.
– Так не пойдет. Вас инструктировали перед началом. Только ники.
– Это творческий псевдоним, в моем паспорте совсем другое имя, – спокойно пояснил Розенкранц.
Ведущий похлопал его по плечу.
– Извини, не понял. Общайтесь.
– Вообще-то я Сергей, но Эдуард Альбертович Розенкранц звучит красивее, – признался мой очередной собеседник. – И я чрезвычайно везучий человек. В прошлом году меня сбила машина.
– И в чем же удача? – я на секунду выпала из роли жизнерадостной идиотки.
У Розенкранца вспыхнули глаза.
– Это была «Скорая помощь», иначе бы кирдык тигренку. Меня живо в больницу доставили, я отделался легким испугом.
– Поздравляю, – на сей раз искренне сказала я.
Эдуард Альбертович откашлялся.
– Да, свезло. Поставили титановый сустав в бедро, две пластмассовые коленки, четыре железных позвонка, два силиконовых ребра, а в голову стальную пластину.
– Офигеть… – пробормотала я. – Натуральный Терминатор.
– Прежде чем разговаривать дальше, я должен проверить умственный уровень бабы, – неожиданно заявил Розенкранц. – Ты не против? Тогда начнем. Внимание! Смотри!
Эдуард Альбертович продемонстрировал ладонь правой руки.
– Запоминай, как называются пальцы. Большой, указательный, средний, безымянный и мизинец. Второй раз повторять не стану, тест сложный, подсказок не будет. Теперь смотри. Мешаем, мешаем, перемешиваем, передвигаем их…
Розенкранц начал активно шевелить пальцами. Я замерла. Если я расхохочусь во все горло, хитрые телевизионщики возьмут мое лицо крупным планом, а потом при монтаже раскидают мое изображение по всей своей дурацкой программе. Знаю их штучки.