– Увы – есть или увы – нет?
– Нет, у нас нет детей. Увы.
– И кто виноват в разрыве?
– Александр Андреевич, не надо сейчас об этом говорить.
– Ох, простите, вы, конечно, хотите забыть обо всем, а я лезу с расспросами. Больше не буду!
И вдруг в моей сумке заверещал сотовый телефон.
От неожиданности я вздрогнула. Мне еще никто по нему не звонил.
– Сашенька, детка, это я! – донесся до меня слабый и какой-то ломкий голос бабушки. – Где ты сейчас, девочка?
– Бабушка, я в ресторане. Что-то случилось?
– Саша, прошу тебя завтра с самого утра пойти в каспамат…
– Куда? – не поняла я.
– В каспамат. Ах, у вас же это по-другому называется, – кажется, банкомат. Возьми распечатку. А потом обязательно позвони мне. Сразу же, очень тебя прошу.
– Бабушка, что случилось?
– Это очень-очень важно. Мне трудно говорить, до завтра, Сашенька.
Она отключилась. Я сидела в полной растерянности.
– У вас есть бабушка? – ласково улыбнулся Александр Андреевич.
– Да. В Израиле. Она очень старенькая, а меня к ней почему-то не пустили. Впрочем, это неважно.
– И что бабушка от вас хочет?
– Да так, просит кое-что сделать… неважно. – Мне не хотелось посвящать его в мою жизнь. Зачем?
– А кто же вас не пустил к вашей бабушке? – продолжал допытываться он.
– Посольство. Мне не дали визу. Но я не хочу сейчас об этом говорить.
– Понятно. Это означает – не лезь куда не просят. Хорошо, не буду. Кстати, я тут пораскинул мозгами насчет вашего трудоустройства…
– Есть одна, по-моему, неплохая мысль, но осуществить это можно будет только через две недели. Ваш работодатель вернется в Москву, и я вас сведу. Полагаю, это устроит и его и вас.
– А что это за работа?
– Саша, я пока ничего говорить не буду, этот человек сейчас далеко, связаться с ним я не могу. Но как только, так сразу… И еще… Я завтра вынужден на десять дней уехать. Вы можете пообещать, что за это время никуда не слиняете?
– Мне совершенно некуда линять. К тому же до возвращения вашей мамы я просто не могу слинять, я должна поливать цветы и вообще… Для меня двести долларов – немаленькие деньги.
– А вдруг вы помиритесь с мужем, как я вас тогда найду? Или тогда вам не нужна будет работа?
– Я никогда не помирюсь с мужем, то есть я с ним и не ссорилась. Я не вернусь к нему, это уж точно. Так что вы меня застанете через десять дней в квартире вашей мамы.
– Чем больше я с вами общаюсь, тем труднее мне с вами говорить…
– Я сейчас могу говорить только банальности, Саша.