С моего возвращения домой прошло уже больше двух часов, а я все никак не могу успокоиться и хоть немного отойти от событий. О сне, конечно же, не может быть и речи.
Вновь и вновь прокручиваю произошедшее в клубе, и все никак не могу определить истоки взявшейся у меня откуда-то смелости оттолкнуть Гордея и кинуться целовать Володю.
Что за наваждение меня накрыло?
Чего я собиралась этим поступком добиться?
Всерьез рассчитывала, что мимолетный поцелуй с Володей затмит тот горячий безудержный, напрочь лишающий воли, полный наслаждения и запретного удовольствия, заставляющий гореть огнем каждый сантиметр кожи, поцелуй с Гордеем?
Серьезно я так думала?
Вскакиваю с кровати и раскручиваю новую спираль хаотичного бега по тонущей в полумраке комнате, кажущейся сейчас до смешного маленькой и давящей всеми четырьмя стенами.
Задыхаюсь, как в клетке, и…очень бы хотела повернуть сейчас время вспять.
Хотя бы на тот момент вечера перемотать, в котором мне нужно было остановиться и совершенно не стоило целовать Володю.
Потому что…в этот самый момент, когда коснулась Володиных губ, поняла, ярко и совершенно отчетливо...Поцелуи с Гордеем ничего и никто не перебьет.
Либо с ним, либо ни с кем.
Ну а Володя…он…он…сказал, что он…он просто не верит своему счастью. Что он надеялся, но сомневался. Что, может, я передумала насчет него за время разлуки.
Сказал, что сильно любит меня уже очень давно, но боялся…боялся сделать первый решительный шаг сейчас из-за того, что решил, я могла позабыть о нем, уехав в столицу и…что у него нет пока достаточных финансовых оснований требовать от меня что-то. Но раз я сама…раз я все еще люблю…В общем, он очень счастлив, и теперь, конечно, постарается приложить все силы, чтобы переехать сюда, и чтобы мы виделись с ним каждый день, а впоследствии смогли создать с ним крепкую счастливую семью.
- Получится это, конечно, не сразу, - добавил он уже позже, - но главное, Ариш, что мы любим друг друга, а значит, все у нас обязательно получится.
И так доволен был...так светился...
Я…не смогла ему ничего рассказать. Даже поднять глаз на него не смела. Не получалось…
Всю дорогу до дома мы ехали в такси, держась за руки.
Володя проводил меня до квартиры и хотел сам поцеловать на прощание, но я поспешно отвернулась и пробормотала, что переволновалась и сильно устала.
Он сразу же отступил, конечно, и извинился. Я поблагодарила.
А саму разрывало всю от обиды и горечи, отчего так несправедливо происходит все на свете.