Арин, вон та толстовка и эта кремовая шубка из искусственного меха. Застегивать не нужно.
В примерочную лечу, не помня себя от радости.
Не придется, не придется!
- Не придется, если не захочется, - бросает Гордей, когда мы снова сталкиваемся перед камерой. Словно читает мои мысли.
Его движения завораживают, слова опьяняют.
Мне кажется, что я краснею.
- Теперь покружитесь немного. А сейчас, Гордей, обними ее со спины. Арин, ты счастливо улыбнись.
Зажмуриваюсь, открываю глаза и выполняю.
- Так, теперь тренч.
Гордей снова выручает и подает мне длинный бежевый плащ. Проходит за мной в примерочную, помогает надеть.
- Спасибо, - выпаливаю я на эмоциях, - большое спасибо.
После того, как Гордей вернул мне мое обещание, я словно на крыльях летаю. При этом он ничего не срывает, а только помогает мне.
Марта беспрерывно хвалит и говорит, что фотосессия полностью оправдывает ее ожидания и даже лучше.
Одобрение фотографа и негласная поддержка Гордея настолько заряжают, что я не чувствую усталости. Меняю образы, кручусь перед камерой, принимаю нужные позы, смеюсь.
Остаток вечера пролетает, будто один миг.
- Так, на сегодня все, - внезапно объявляет Марта Сергеевна, - прервемся до завтра.
Я быстро переодеваюсь в свою одежду. Когда выхожу, Гордей стоит у прохода, привалившись плечом к стене.
- Арин, я на машине. Если хочешь, подброшу тебя до метро, - предлагает фотограф.
Я вижу, что настроение у нее отличное и мое повышается еще на один градус.
- Я сам подброшу, спасибо, Марта Сергеевна, - отвечает за меня Гордей и мне не остается ничего, как только кивнуть.
Мы вместе выходим из здания бывшего завода и подходим к машине Гордея. Эйфория все еще со мной.
Он распахивает передо мной дверцу. Ждет, пока я сяду и только потом устраивается в машине сам.
- Предлагаю поужинать где-нибудь, прежде, чем ехать по домам, - говорит, не глядя на меня, одновременно с этим заводя двигатель.
Не напирает и оттого его предложение меня не пугает.
Я достаю телефон. Половина девятого вечера, время еще есть.
- Хорошо, я согласна, - вырывается у меня, против моей воли.
И тут же прикусываю язык.
Хочется забрать свои слова обратно.
Или не хочется? Почему я согласилась?
Не проходит и десяти минут, как мы тормозим на стоянке у небольшого, расположенного по пути ресторанчика.
Едва я выхожу из машины, как спотыкаюсь и падаю прямо в объятия Гордея. Утыкаюсь носом в его шею.