По-прежнему бушевало ненастье. Дождь почти прекратился. Вместо него ветер бросал в лицо хлопья снега, тут же тающего, однако успевающего залепить глаза и щеки.
– Ужас! – констатировала Вера.
– Может, зайдем в кафе? – предложил новый знакомый.
«Неужели и этот клюнул?! – мысленно удивилась Вера. – Однако я действительно пользуюсь успехом».
Парнишка казался немногим старше ее самой и особого интереса не вызывал, хотя и не был неприятен. «Может, действительно выпить с ним чашечку кофе? – размышляла наша героиня. – Заодно побольше узнаю о том, как был обнаружен Сабуров.
– Отчего же. Я не против, – отозвалась она.
– Тут неподалеку находится небольшая кондитерская, – стал объяснять Жюль Верн. – Там подают отличнейший кофе, который готовят при вас в раскаленном песке. А к нему – вкуснейшие пирожные. Особенно славятся «Наполеоны».
При упоминании о роковом для нее сорте выпечки Вера вздрогнула. «И этот туда же, – нервно подумала она. – Может, отказаться?» Но она не отказалась.
– Очень хорошо, что согласились, – обрадовался Жюль Верн. – Бежим скорее туда.
В кондитерской, по случаю плохой погоды, почти не имелось посетителей. Они уселись перед витриной, через нее была хорошо видна пустынная улица, по которой проносились редкие авто.
– И когда же вы его обнаружили? – поинтересовалась Вера, мелкими глотками прихлебывая кофе по-венски. От «Наполеона» она отказалась, предпочтя трубочку с кремом.
– Сегодня рано утром. Едва рассвело. Еще ненастья не было. Капал лишь мелкий дождик. Я шел в контору прямо через кладбище. Ну и наткнулся…
– Как же вы его обнаружили, если он находился в яме?
– А по металлоискателю. Смотрю, на краю раскопанной могилы валяется странная такая штуковина. Я заинтересовался, подошел поближе. Потом заглянул туда. Вижу: в ней лежит кто-то. Думаю: пьяный. Ну, спустился. Глядь, передо мной аспирант Сабуров!
– Вы его знали?! – удивилась Вера
– А как же! Я же на историческом обучаюсь…
«Вот черт! – неприятно удивилась девушка. – Опять с коллегой столкнулась. Это уже становится подозрительным».
– Вы как будто немного староваты для студента, – высказала она результаты своих наблюдений.
Новый знакомый улыбнулся, отчего его лицо стало еще приятнее.
– Я – на заочном, – сообщил Жюль Верн.
– А годков вам сколько?
– Уж двадцать пять минуло! А вам?
Вера назвала свой возраст.
– Учиться никогда не поздно, – изрекла она банальность.
– Да, конечно. Я давно это понял. Еще когда служил.
– Ага.