А в двадцатые годы в этом особнячке располагалось нечто вроде рабочего клуба. Собиралась молодежь. Самодеятельные спектакли ставили. Библиотека имелась, настольные игры… По воскресеньям танцы устраивали. Словом, жизнь кипела. Но вот что было странно. Ни одна техничка, она же сторожиха, там долго не удерживалась. Увольнялись, а причину не называли. Директор клуба и так и этак… Почему ведете себя подобным образом? И, наконец, одна, четвертая или пятая по счету, проговорилась. Нечисто, мол, здесь. Как это нечисто? Ночами, отвечает, девушка появляется.
Походит, походит, и в стену… Что значит в стену? В стену входит и пропадает. Раза два ее видела, и нет больше никакой мочи тут оставаться. Делайте что хотите, только моей ноги здесь больше не будет. Что за вздор, толкует директор. Какие еще могут быть исчезающие девушки в советское время? А вы сами посмотрите, отвечает сторожиха. Останьтесь на ночь, она вам и явится.
Директор был парень боевой и недолго думая порешил заночевать в клубе. Все разошлись, он один остался.
Ходит по зданию, проверяет, все ли в порядке, а у самого в голове мысль: ведь из этого факта можно спектакль антирелигиозный состряпать и под борьбу с мракобесием подвести. Скажем, действие будет разворачиваться следующим образом. Вроде некий не особо трезвый паренек задремал в уголке, а очнулся только ночью. А поскольку он решил, что находится в родной общаге, то разделся до исподнего. Очнулся он, значит, и пошел искать туалет. А сторожиха увидала: что-то белое в коридоре качается, со страху в обморок грохнулась… Такое вот примерное содержание будущего спектакля в мозгах у него вырисовывается.
Ходит директор по зданию, мечтает, похихикивает в кулак. Вдруг видит: впереди точно кто-то идет. Присмотрелся: девушка! Простенько так одета. Юбчонка на ней, блузка… платочек, опять же, на голове.
Эй, окликнул, ты кто? Чего бродишь в ночной час? Она молчит, внимания на него ноль. Идет, будто дома у себя находится. Директор за ней. Догнал. Хотел за плечо тронуть. Рука прошла насквозь.
Тела нет. Один пар. Тут бедолага директор, натурально, обомлел. В соляной столб превратился. А эта гражданка знай себе шагает. Дошла до конца коридора, и в стену! Нет ее больше. Директор от ужаса едва разума не лишился. Однако ничего. У него имелась при себе бутылка самогона, хлеб, сало и пара луковиц. Хватанул стакан первача, луковицей захрустел, и отпустило. Однако загадка требовала решения. Расскажи он кому про эту ночную девицу – ведь не поверят. На смех поднимут.