Дыхание его участилось, удары сердца стали слышны на расстоянии.
Действия были мало похожи на что-то эротического содержания. Массаж стоп, периодически смещающийся в сторону бёдер, ягодиц. Плавные тягучие движения и редкие точечные нажатия на нервные окончания, пускающие волну жара по всему телу. Жар расходился к периферии и возвращался к центру с удвоенной силой, отзываясь знакомым покалыванием и обилием выделившейся влаги. Массаж расслаблял, а редкие точные нажатия приводили в чувства, не позволяя забыть о цели: получение удовольствия. Действия, по реакции своей странным образом похожие на прикосновения к клитору: именно он пульсировал всё сильнее, требуя большего внимания, но Ильдар не спешил. Ему нравились опухшие от прикусов губы, прозрачные капли испарины на её лбу, откровенные, теперь не сдерживаемые какими-либо чувствами стоны. И Лора не просила отпустить её быстрее. Тоже наслаждалась тягучим удовольствием, которое никак не могла ухватить. Специально давал ей шанс, заранее зная, что не успеет, просто не сможет выбрать нужный момент и кончить. Поджимала ягодицы, металась из стороны в сторону, то вскидывала бёдра, то нарочито сильно прижималась ими к матрацу.
Такая Лора возбуждала. Настоящая. Без страхов, без лишних заморочек. Сейчас чем-то напоминала девушку на одну ночь, когда каждый желает получить по максимуму, чтобы больше не увидеться. И это тоже приводило в восторг. Некая вседозволенность. Для получения удовольствия она готова была согласиться на всё. Об этом говорил её взгляд. Об этом беззвучно шептали губы. Только пользоваться не спешил. В один момент всё переиграл. Чувствовал не только пульсацию в паху, но и подступивший к лицу жар, в пальцах всё чаще проскальзывала дрожь нетерпения. Выдержка давала сбой. Дрожала и Лора. Теперь практически без перерыва. Своими руками ласкала грудь, набухшие от возбуждения соски, пытаясь найти ту свободу, которая всё это время маячила перед глазами. Всё чаще ладони съезжали вниз, минуя живот, стремясь скользнуть между ног.
– Тише, мой хороший, тише. – Всё чаще были слышны его слова. – Не торопись, не сейчас. – Отталкивал её пальцы в сторону, наслаждаясь каждым нетерпеливым вздохом.
Сжал кончики её пальцев в своей руке и положил поверх клитора. Предостерегающе зашипел, когда попыталась проделать поступательное движение.
– Не-ет, нет. Не дави, будет больно. Слишком нежная сейчас. Слишком уязвимая.
Приподнял бёдра, устраивая ладонь под крестцом. Ни на секунду не убирая взгляд с лица, надавливал на уже знакомые точки, только теперь иначе. Настойчиво, практически болезненно.